– Куинн, – своим раскатистым баритоном поприветствовал его Дежардан, – какая приятная встреча!
Но Дежардан слишком долго задержался взглядом на одежде Тьерри, при этом, обнаружив тревогу, чем Куинн не преминул воспользоваться.
– У меня для вас кое-что есть, – сказал Куинн, поставив бокал на стол и засунув руку в карман за посланием Эспри. С преувеличенным интересом он рассматривал конверт. – Любопытная печать. Вернее, отсутствие таковой.
– Передайте этот конверт мне, – сердито сказал Дежардан, прищелкнув при этом пальцами.
– Нет. – Саймон взломал печать и достал содержимое конверта.
Виконт выхватил записку из рук Саймона. Саймон улыбался:
– И что Эспри хочет знать?
Дежардан побледнел:
– Что вы знаете об Эспри?
– Не так уж много, но вы мне сейчас все о нем расскажете.
– Убирайтесь! – Виконт трясущимися руками засунул письмо с оторванным концом в карман камзола. – Убирайтесь, пока я вас не вышвырнул.
– Вы готовы дать мне уйти, не получив ответы на интересующие вас вопросы? Как это на вас не похоже. Может, все дело в страхе, а?
– Какая глупость! – в ярости воскликнул виконт. – Да вы просто ноль! Ничто! Для меня вы ничто, и для англичан ничто. Пропадете вы – и никто о вас даже не вспомнит.
– Это угроза? – Саймон, ухмыляясь, наклонился вперед. – Должно быть, вы точно также думали, о Лизетт Байо. Или все же Руссо? Признаюсь, я запутался. Тем не менее, вы заблуждались. Она пропала, и сейчас ее нашли.
Дежардан сжал кулаки.
– Объяснитесь.
– Нет-нет. Сейчас объясняться будете вы, а не я.
– Лучше всего вам забыть обо всем, что, как вам кажется, вы знаете, и как можно быстрее уехать из страны. Дела, в которые вы влезли, приведут вас прямиком в преисподнюю.
– Двадцать лет вы были на побегушках у Эспри. Очевидно, сами вы выпутаться не можете. Но я могу вам помочь, – сказал Саймон, – если мне это будет выгодно.
Дежардан сел, тем самым, выдав свой интерес.
– В чем состоит ваша выгода?
– Я получу Лизетт, а вы оставите ее в покое и забудете о ее существовании.
На лице. Дёжардана расплылась победная улыбка. Саймон невольно тихо рассмеялся.
– Я знал, что она вам небезразлична! – самодовольно заявил Дежардан.
– Не важно, что, как вам кажется, вы знаете. Расскажите мне об Эспри.
Дежардан вытянул губы в задумчивости и откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. Он выдерживал паузу. Долгую паузу. Наконец он заговорил.
Когда Дежардан закончил свой рассказ, Саймон спросил:
– Сколько времени прошло между тем днем, как расправились с Сен-Мартеном, и следующим письмом?
– Десять лет или что-то вроде того.