— А ты предлагаешь мне быструю карьеру? — съязвил Владик.
— Если докажешь братве, что потянешь капитанскую лямку — я тебя первая поздравлю. Мне почему-то кажется, что потянешь.
— Но ты предлагаешь должность боцмана. Или мне послышалось?
— Влад, — усмехнулась Галка. — Я всё понимаю. Ты по-мужски честолюбивый. Тебе обидно, что ты стараешься, а твои старания мало кто замечает. И за мной грех был — я тебя, мягко говоря, недооценивала. Тут Джек стопудово прав. Но капитаном тебе пока быть рано. Ты сделал первый и главный шаг: поверил в себя. Теперь сделай второй — чтобы остальные в тебя поверили… И вообще, — тут она весело заулыбалась, — когда Жером приклеил мне это прозвище — «Воробушек» — ты, помнится, изволил прокатываться насчёт "сестры Джека-Воробья". И правда, смешное совпадение. Вот когда ты у нас сделаешь карьеру, в Мэйне вместо капитана Блада появится капитан Влад. Тогда уже я над тобой похихикаю.
Названый братец не удержался — рассмеялся. Искренне. Но камушек на душе с каждым словом прибавлял в весе…
Там русалок обвивает
Кос зелёная река.
Солона вода морская
Над могилой моряка.
Труп исчезнет в океане,
А душе — гореть в аду.
Но тогда не открывай мне,
Если ночью я приду!
Как долго скитаться
По дальним морям!
Как долго, как долго
Не видеть тебя!
О, Анна-Мария, как долго![Стихи Светланы Головко]
Французы всё тянули свою пиратскую задушевную, а Галка думала о том далёком уже мире двадцать первого века. Для неё и для Влада отсчёт «родного» времени остановился в октябре две тысячи седьмого. Что там с их близкими? Как они пережили утрату своих детей, друзей? Как живут сейчас? Теперь уже не узнать…
— Я всё-таки пойду на "Экюель", — сказал Владик. — Там будет труднее, чем в твоей эскадре, но я не хочу больше катиться по чужой лыжне.
— Воля твоя, — проговорила Галка, глядя на волны, бившиеся в борт "Гардарики".
Владик за эти три года в самом деле стал для неё братом. И Галке действительно хотелось увидеть его в свободном плавании, а не в кильватере. Но когда это произошло — почувствовала пустоту.
Когда-то кастильцы гордо заявляли на всю Европу: это Испанское море, и никто другой не смеет сюда заходить. Строго говоря, у них для подобных заявлений были непотопляемые юридические основания. Одним росчерком пера папа Александр VI 4 мая 1493 года разделил все открытые и неоткрытые земли между Испанией и Португалией[Булла "INTER CAETERA". Впоследствии границы, разделявшие между Испанией и Португалией весь (!) земной шар ("…все острова и материки, найденные и те, которые будут найдены, открытые и те, которые будут открыты…