– Иными словами, вам безразлично, какие выводы они могут сделать, – заключила Трейси.
– Не говорите ерунды. – Кайл по-настоящему рассердился, его глаза метали молнии.
– Это не ерунда! – Трейси сознавала, что ей давно пора остановиться, но язык перестал слушаться. – Вам, может, безразлично, если другие решат, будто у нас роман, но мне не безразлично! Наверняка уже поползли слухи о наших встречах вне работы. Что подумают другие сотрудники?
– Может, что мы нравимся друг другу, – вкрадчиво подсказал Кайл. Чувствовалось, что он едва сдерживает гнев.
– Вы прекрасно понимаете, как это выглядит со стороны! – возразила Трейси. – Особенно при вашей репутации.
– Хватит, Трейси.
У Кайла был такой вид, словно он готов схватить ее за плечи и хорошенько встряхнуть.
– Нет, не хватит, я еще не все сказала!
Напряжение, подспудно нараставшее в Трейси несколько недель, если не месяцев, вдруг выплеснулось через край. Ей недоставало храбрости попытаться стать тем, чем хотел видеть ее Кайл, и не хватало силы воли, чтобы встретить боль и отчаяние, которые неизбежно ждут ее, если Кайл решит, что она недостаточно хороша. Пол не раз говорил ей, что она как пустая раковина – красивая снаружи, но безжизненная внутри, что в постели от нее нет никакого толку, что она холодная, фригидная… Как он только ее ни называл, и, в конце концов, Трейси ему поверила. Она не могла лечь в постель с Кайлом из страха разочаровать его.
– Когда успокоитесь и будете в состоянии приступить к работе, зайдите ко мне, – холодно бросил Кайл. – А наши личные проблемы мы обсудим позже.
– Я и так спокойна! – Лицо Трейси было белым как простыня, но голос звучал твердо. – Я подаю заявление об уходе.
– Вы увольняетесь потому, что я спросил, все ли у вас в порядке? – недоверчиво переспросил Кайл.
– Да. То есть, нет… – Не вздумай разреветься, мысленно приказала себе Трейси. – Я больше не хочу здесь работать.
– Вы не хотите работать на меня, – мрачно уточнил Кайл. – А как же Санни?
– Что Санни? – Трейси с вызовом подняла подбородок. – Я расплатилась со всеми долгами, найду работу, которая позволит нам нормально жить, а большего мне не нужно.
– Я спрашивал не о долгах, а обо мне и Санни, – хрипло проскрежетал Кайл. – Вы, конечно, можете от меня сбежать, но Санни ко мне привязалась. Если я вдруг исчезну из ее жизни, как это на ней скажется?
На лице Трейси отразилась смесь бессильного гнева и паники, именно паника подсказала ей слова, которые она в нормальном состоянии никогда бы не произнесла:
– Вот как, значит, вы пытаетесь использовать Санни, чтобы затащить меня в постель?