Но опытный слуга уже справился с собой:
– Ничуть, ваше высочество. Прикажете подать к обеду вино?
– А у нас разве есть вино? – в свою очередь удивился принц.
– Да, ваше высочество. И неплохое – глинглокское, тридцать восьмого года, Честерские виноградники.
Пусть гость в глазах Бертрама и не соответствовал высоким требованиям, старый слуга был все же доволен, что, принимая гостя, они не ударят в грязь лицом. Этому же невольно порадовался и принц. В отличие от Бертрама принц не страдал предрассудками. Находясь в изгнании, он уже несколько раз имел дело с банкиром Бартольдо и с большим уважением относился к этому еще не слишком старому, по гоблинским меркам, но тем не менее весьма умному и прозорливому гоблину. Возможность угостить такого гостя хорошим глинглокским вином относилась к тем приятным мелочам, которые хорошо умеют скрашивать жизнь высокородному изгнаннику. Так что принц был весьма доволен, но на словах лишь высказал свою догадку:
– Теперь мне многое становится ясным, Бертрам. Вино ведь привез Седрик? – Принц позволил себе лукаво улыбнуться. Старый слуга лишь укоризненно на него посмотрел, ему не хотелось вводить принца в бытовые подробности, это было, по его мнению, недостойно столь высокой особы.
– Хорошо, хорошо, не буду выпытывать, – успокоил принц своего верного слугу. – Несите вино и зовите к столу нашего уважаемого гостя.
Бертрам склонился в безукоризненном глубоком поклоне и вышел из комнаты.
Пока Бертрам приглашал банкира к столу, со всеми подобающими к этому церемониями (это вполне можно было сделать и проще, как, к примеру, утром в случае с бароном, но ведь надо же было в полной мере дать прочувствовать этому банкиру, с кем ему предстоит сегодня разделить обед), что по глинглокскому этикету было довольно утомительно и продолжительно, а Агирье наводил последний лоск на свои кулинарные шедевры, принц смог приготовиться к встрече с уважаемым банкиром, освежив в памяти все, что ему было известно о гоблинах в общем и о банкире Бартольдо в частности.
Следует сказать, что знания принца были основательными, а история гоблинских банкирских домов – бурной и интересной. Уважаемый Спицио Бартольдо являлся достойным представителем семьи древних гоблинских банкиров. В глубокой древности гоблины жили исключительно в глубинных недрах гор. Но на рубеже древних веков родственное оркам племя гоблинов под влиянием неизбежных перемен разделилось на две неравные части. Первая – и более многочисленная – осталась жить в горах, занимаясь преимущественно ремеслами. Горные гоблины предпочитали работать с металлом, хотя не гнушались и другим рабочим материалом. Их изделия составляли достойную конкуренцию изделиям гномов, слывших до их прихода непревзойденными мастерами.