Маленькие человечки (Кристофер) - страница 125

Его раздражали не только ковер и вентилятор, но и телеэкран – плоский прямоугольник на стене, и телефонный аппарат без диска. Казалось, в этой комнате жили люди разного роста: мебель была или приземистой, или высокой. На столике у окна находилось что-то непонятное, похожее на раковину, но сделанное из стали и пластика и окрашенное в яркие, режущие глаз цвета.

Он все еще размышлял, что это такое, когда услышал другой звук – открылась дверь. Раздались шаркающие шаги старика. Полная женщина пошевелилась и позвала:

– Уоринг!

Когда открылась дверь, он сам, но уже значительно постаревший, вошел в комнату. Теперь Уоринг узнал и женщину.

– Ты очень долго не появлялся, – пожаловалась Хелен. – Я должна была принять таблетку еще полчаса назад. Ты что, решил меня убить? Или замыслил еще что-то?

Он посмотрел на нес с холодным отвращением:

– Ты сама могла ее взять.

– Я, калека? Каким образом?

– На прошлой неделе, ты смогла добраться до конфет.

– Ты все еще пытаешься доказать, что я лгу, – с горечью сказала она. Их взяла сиделка. Я же тебе говорила.

– Боже праведный, ты лучше обвинишь ее, чем признаешься. Такие, как она, приходят проведать тебя и сотни других больных, моют твое вонючее тело, ничего не получая взамен. А ты обвиняешь ее в том, что она взяла какую-то проклятую конфету, которую ты засунула в свою ненасытную глотку. Меня тошнит от твоей неблагодарности.

– Они приходят, потому что тогда их не отправят служить в Азию. А то, что они моют меня, не означает, что они перестают любить конфеты.

– Ты законченная эгоистка и думаешь, что все остальные такие, как ты.

Внезапно она разразилась смехом.

– Может, мне следует получше изучить тебя? Прекрасный Образец идеалиста, мужского пола. Думаешь, я не видела, как ты вчера лежал на веранде и притворялся спящим, а сам пялился на ее ноги? Тебе будет очень не хватать ее маленьких сисек, если она прекратит сюда ходить, не так ли? Я видела, как у тебя изо рта течет слюна, когда ты на них смотришь. Ты с ней так прекрасно ладишь, почему бы тебе не попросить ее дать тебе их немного пососать? А ты ей подаришь плитку шоколада.

Уоринг посмотрел на нее сверху вниз:

– Ты, старая свинья. Как бы мне хотелось…

– Хотелось? Хотелось чего? Чтобы я умерла? Тогда бы ты и старина Джек могли съехаться и вести чистую счастливую жизнь, играть вместе в шашки, прогуливаться по пляжу, притворяясь, что не пялитесь на девушек, на молодые тела, которые вам так хочется поиметь, но до которых вам уже больше никогда не придется дотронуться. Его жена умерла. Как жаль, что твоя половина все еще цепляется за жизнь, несмотря на больное сердце и прочие недуги.