«Нет». Макс взял окурок и поднес к свету.
Адони сказал: «Да, правда?»
«Очевидно. – Их глаза встретились над головой старого человека. В тишине замурлыкал кот. Макс заговорил с новой, пугающей нотой. – Кое-что обсудить. Какого дьявола он хочет обсуждать с моим отцом?»
«Эта встреча, – спросил Адони, – могла быть случайной?»
«Скорее всего. Ехал мимо и подобрал. Чистый случай. Кто мог это предвидеть? Черт побери его неоднократно».
«И довел его… до такого состояния?»
«Дал ему дойти до такого состояния. Разница есть. Не мог этого сделать нарочно. Никто не знает, что он такой, кроме нас, Михаила и Каритисов».
«Может, он говорил всякую чушь весь вечер. Может быть и он не добился от него никакого толку».
«Он не смог добиться от меня толку», – сказал очень довольный сэр Джулиан.
«Боже мой, будем надеяться, что это так. – Макс бросил окурок в камин и выпрямил плечи. – Ну ладно, отведу его в кровать. Будь хорошим мальчиком и присмотри за мисс Люси. Покажи ей ванную комнату, та, которой пользуется отец, – наименее противная, по-моему. Найди полотенце и покажи свободную спальню, в которой спит Михаил. Там есть электрокамин».
«Хорошо, а твоя рука? Ты вообще на нее не смотрел?»
«Пока нет, сейчас займусь. Давай, парень, не суетись. Я бы сам поднял шум, если бы думал, что это серьезно, я в некотором роде пианист, не забывай. Люси, извини. Пойдешь с ним?»
«Конечно».
«Сюда», – сказал Адони. Массивная дверь закрылась за нами, мы пошли по мраморному шахматному полу.
Интерьер Кастелло дей Фьори мог бы придумать переутомленный Дали под воздействием наркотиков. С одного конца холла – массивная витая лестница с металлическими литыми перилами и ступенями из голого камня. Стены покрыты деревянными панелями, скорее всего дубовыми. Островами в мраморном море лежали небольшие ковры разных оттенков тускло-коричневого и оливково-зеленого, насколько можно судить в полумраке. Огромнейший камин, в котором можно было бы зажарить целого бизона, явно сооружали мужчины, которые никогда не занимались приготовлением пищи. Он занимал половину стены. На каминной полке устроились вертела, щипцы и сотня других приспособлений средневековой кухни, назначение которых я не могла угадать. Они выглядели, как орудия пыток, а может быть, ими и являлись. Мебель выглядела так, будто Гэйлы выставили все лишнее из остальных комнат из акустических соображений или просто чтобы не сойти с ума. Кругом стояли огромные сооружения грязных оттенков, множество бамбуковых столов, китайских ширм и бог знает чего из очень блестящего дерева. Кажется, там была фисгармония, имелся там орган со всеми полагающимися ему трубами в темноте около резного шкафа и вешалки, сделанной из оленьих рогов. Точно там была арфа и маленький лес травы в поврежденной слоновьей ноге. Все эти богатства освещала одна слабая лампочка в фонаре. Его держал яванский воин в полном вооружении, немного похожий на ящерицу, которую американцы называют гила монстром.