– Я люблю тебя, Конни, и всегда любил! – Сколько раз он говорил ей эти слова. – Для меня ты была и есть единственная женщина в мире.
И она от него ушла! Разбила его сердце! Но теперь все: она честно скажет ему, почему это сделала, скажет о своей любви, скажет все! Жизнь слишком коротка для игр в молчанку.
– И я люблю тебя, Дориан! – Слова эти прозвучали твердо и просто, выйдя из самой глубины ее сердца. – Любила, люблю и буду любить!
Он попытался улыбнуться, приподнял руку и коснулся ее лица. Констанс видела, какого труда это ему стоило. Она поймала его большую ладонь и прижала к губам.
В глазах его была боль. Боль – и любовь.
– Я беспокоюсь за тебя, – сказала она.
Он на мгновение смежил веки, а затем снова открыл глаза.
– Не… надо, – с трудом проговорил он. – Я… я…
Рука его обмякла, и он снова погрузился в сон.
Вернулась медсестра. Констанс не стала ей ничего рассказывать, просто сидела рядом с Дорианом, пока ее не попросили уйти. Возможно, выздоровев, он и не вспомнит об этом их разговоре, но, по крайней мере, они наконец-то объяснились, и у нее отлегло от сердца.
Выйдя из палаты, Констанс не смогла заставить себя отправиться домой. Она хотела убедиться, что с Дорианом все в порядке.
Промаявшись несколько часов и выпив пару стаканов кофе, она вернулась в палату. Дориан был один. Руки у него на это раз были накрыты одеялом. Констанс показалось, что на лице у него появилось подобие румянца. Впрочем, быть может, она выдает желаемое за действительное?
Она прижала тыльную сторону своей ладони к его щеке, а затем, привстав, коснулась его губ легким поцелуем.
В горле у Дориана послышалось легкое клокотание; казалось, он получал удовольствие от того, что она делала. Констанс поцеловала его крепче и почувствовала слабый отклик.
– Ты не спишь? – пробормотала она.
– Меня только что поцеловал ангел, – пробормотал он.
И снова это были слова, которые он говорил ей и раньше. Правда, Констанс тут же заподозрила, что Дориан путается в действительности и думает, что они по-прежнему муж и жена. И как ни радостно было слушать его, возможность ошибки повергала ее в уныние.
Она снова села. Дориан, уловив это движение, открыл глаза и, чуть нахмурившись, взглянул на нее.
– Я сплю? – спросил он.
Констанс отрицательно покачала головой и мягко улыбнулась.
– Это действительно я.
– Что я здесь делаю?
– Ты попал сюда после несчастного случая.
Он снова нахмурился, словно припоминая что-то.
– Что это было?
– Не думаю, что сейчас стоит говорить на эту тему, – сказала она.
На измученном лице Дориана появилась слабая улыбка. Выпростав руку, он поймал ее пальцы и сжал их.