— Мне не нужны ваши деньги, — процедила она сквозь зубы, отворачиваясь. — Я хочу, чтобы вы сию же минуту покинули мою комнату.
— Тогда выбирай, — сказал он, и глаза его угрожающе потемнели. — Либо ты перестанешь изображать из себя недотрогу и сама отдашься мне, либо я возьму тебя силой. Мне, впрочем, все равно, что ты выберешь. Я-то уж, во всяком случае, позабавлюсь на славу.
Она размахнулась и ударила его по лицу.
— А вот это, — прошипел он сквозь зубы, — была ошибка.
Он швырнул ее на постель и вдавил в матрас своей тяжестью.
Виктория закричала.
* * *
Первым делом Роберт направился в комнату Эверсли и ничуть не удивился, когда его там не обнаружил. Затем он поискал в том крыле дома, где размещались гости, не без оснований предполагая, что Эверсли может забавляться с какой-нибудь дамой из числа приглашенных. Но и тут его поиски не увенчались успехом, хотя он случайно обнаружил, что у жены лорда Уинвуда тайное свидание с мужем любовницы все того же лорда Уинвуда.
Но Роберт и глазом не моргнул. В его кругу такое поведение считалось обычным, что, впрочем, успело опротиветь ему до тошноты.
Затем он заглянул в комнату для игры в карты, зная, что Эверсли питает пристрастие к азартным играм.
— Эверсли? — переспросил один из игроков. — Он здесь был, но недавно ушел.
— Ушел? — — повторил Роберт, старательно делая вид, что не понимает обращенных к нему недоуменных взглядов — всем было прекрасно известно, что они с Эверсли терпеть друг друга не могут. — А вы не знаете, куда он направился?
— Я видел, как он поднимался наверх, — ответил кто-то из игравших.
Роберт чуть не взвыл от отчаяния. Теперь ему снова придется обыскивать все комнаты для гостей.
— Только вот что странно, — добавил еще кто-то. — Он поднимался по лестнице для прислуги.
Тревожное предчувствие, не покидавшее Роберта весь сегодняшний вечер, в одно мгновение сменилось всепоглощающим страхом. Он вылетел из комнаты и понесся вверх по лестнице в комнаты прислуги, прыгая через три ступеньки.
И тут до него донеслись отчаянные крики.
Виктория! Если он опоздал…
Страшная догадка подстегнула Роберта.
Виктория не собиралась так просто сдаваться. Она вырывалась, как сумасшедшая, царапалась, как 'разъяренная кошка. Но Эверсли был сильнее ее. Гораздо сильнее, и он без труда скрутил ее и принялся разрывать на ней платье. Отняв от лица девушки ладонь, которой он зажимал рот, он дернул ее за воротник. Виктория тотчас воспользовалась этим и закричала. Во весь голос.
— Заткнись, сучка, — прошипел он, зажав ей рот.
Виктория изловчилась и укусила его за руку.