Чувствуя, что жена откликается на ласку, Егор пошел дальше, спуская с ее плеч бретельки платья. Его губы едва прикасались к коже, возбуждая, руки поднялись к затылку и принялись медленно вынимать шпильки из волос, встряхивая освобожденные пряди. Опустившись на колени и приподняв юбку, он стянул чулки, после чего вернул на место туфли: это была его слабость – обнаженная Коваль с распущенными волосами, в туфлях на тонкой шпильке… Неотрывно глядя на нее, он разделся сам и шагнул ближе, положив руки на плечи.
– Поцелуй меня! – властно сказал он, и она подчинилась, касаясь его губ.
Платье мешало, стесняя движения, Марина хотела было его снять, но Егор запретил:
– Нет, девочка моя, я сам. И если ты вдруг не захочешь, я пойму… – шепнул он ей на ухо.
Ни за что на свете сейчас Коваль не согласилась бы прекратить все это, никакая сила не смогла бы заставить ее сказать Егору «нет». Возможно, все было не так безумно, как раньше, но уж точно хорошо.
Они любили друг друга до утра, не отдыхая почти. Малыш прекрасно изучил свою жену – он был старше и опытнее, он помог ей освободиться от страха, стать прежней Коваль, готовой на что угодно и сколько угодно – для него, единственного…
– Спасибо тебе, – прошептала она, глотая счастливые слезы. – Я так люблю тебя, Егор, так люблю…
Малышев улыбался, поглаживая ее спину горячей рукой.
К сожалению, утро все же наступило. Пришлось встать и ехать домой – обоих ждали дела. Марина стояла в холле, ждала, когда Егор закончит телефонный разговор со своим замом, и вдруг сзади кто-то прошептал ей на ухо:
– Какая встреча! Что, сучка, за добавкой явилась?
У нее сердце остановилось – голос принадлежал одному из Ваниных амбалов.
– Иди за мной и не вздумай заорать, – велел он, беря ее за локоть. Но Коваль уже справилась с шоком, развернулась и вцепилась длинными нарощенными ногтями в мерзкую морду. Амбал взвыл и с размаху врезал ей по голове, но она не разжала пальцев, чувствуя, как по ним течет кровь. На крик повернулся Егор, а от двери к ней бежали телохранители, но Марина жестко приказала:
– Оружие не доставать, он нужен мне живым!
Они скрутили амбала, запихав его в багажник джипа охраны, а Егор, обнимая жену за плечи, спросил:
– Кто это?
– Это один из тех… Дай сигарету, руки ходуном ходят, – попросила она. – Черт, весь маникюр угробила.
Пока Марина разглядывала испорченные ногти и курила, стараясь унять нервную дрожь во всем теле, подошедший Рэмбо склонился к ее уху:
– Марина Викторовна, тут еще один, в пятом номере. Прихватим?
– Валяй, только тихо.
Через десять минут второй амбал лежал поверх своего приятеля в багажнике.