– Пол, нет. Нет.
– Ты могла сгореть, могла умереть. Просто чудо, что я оказался поблизости. Ты понимаешь, что она едва ни убила тебя? – его лицо было сейчас так близко от её. – И я чувствую себя ответственным за это.
– Нет, Пол, нет. Не говори так. Всё закончилось хорошо. Я спровоцировала её, она была вне себя. Я знаю. Она мне не нравится, никогда не нравилась… Понимаешь… э… я ревновала тебя к ней.
– Элисон.
Она услышала своё имя, хотя он произнёс его сдавленным от сдерживаемых эмоций голосом. Его лицо склонилось над ней, а губы были так близко, но в этот момент открылась дверь и появилась сестра Райли.
– Я не знала, что у вас кто-то есть, – беззаботно воскликнула она. – К вам ещё один посетитель.
Пол был готов поцеловать её, поцеловать по-настоящему в первый раз. И это мгновение испортили… Но когда Элисон увидела колеблющуюся в дверях Маргарет, она немедленно забыла о своём разочаровании и приветствовала женщину искренней улыбкой.
Что бы ни чувствовал Пол, ему так же удалось это подавить. Он повернулся к Маргарет, заметив с удивлением:
– Мне показалось, ты сказала, что не сможешь прийти.
– Не могла, когда ты звонил, но… – взгляд женщины блуждал между Элисон и Полом. – Пришёл Рой и предложил присмотреть за детьми.
– О! – кивнул Пол.
Несколько минут разговор вёлся на отвлечённые темы, пока Пол ни сказал:
– Я оставлю вас двоих. Мне надо кое-что посмотреть, но я скоро вернусь, скажем, через полчаса и отвезу тебя домой, Маргарет. Согласна?
– Было бы чудесно, Пол. Спасибо.
Он наклонился к Элисон:
– Я приду вечером.
Его губы коснулись её щеки, и он вышел.
Элисон подняла глаза на изуродованное лицо Маргарет. Сегодня на ней не было платка, только шляпа, а потому шрамы были ясно видны. Элисон внутренне содрогнулась и вознесла молитву за то, что её миновала подобная участь.
Глядя на девушку сверху вниз, Маргарет тихо сказала:
– Я понимаю, что вы чувствуете, и мысленно была с вами всё это время. Я с ужасом думала, что ваше лицо…
– Маргарет, не надо…
– Всё в порядке, дорогая. Я смирилась. Это уже не имеет значения, по крайней мере большого. Пока Роберт жив и у меня есть дети, ничто не имеет значения. Я просто живу одним днём.
И снова Элисон произнесла:
– О, Маргарет!
Она забыла о том, через что ей самой пришлось пройти, так как знала это мелочь по сравнению с тем, что пережила эта женщина, которая до сих пор продолжала страдать.
Пытаясь сменить тему, Элисон спросила о детях, и в разговоре всплыло имя Роя.
– Знаете, Элисон, – улыбнулась Маргарет. – Мне очень нравится этот юноша. Он хороший мальчик.