– Не вижу в этом ничего нелепого, – огрызнулся он.
Нет, это было именно нелепо! Потому что испытывать муки ревности может только влюбленный человек! Мередит считала это абсолютной истиной. Значит, из признания Юджина следует, что он в нее влюблен?! Но это уж совершенно невозможно! Они просто друзья! Конечно, эта вспыльчивость и поцелуй в ресторане… Но нет, господи, это просто проявление заботы и симпатии!
Мередит покачнулась почти точно так же, как сейчас покачивалась на краю пропасти ее теория о давнем друге. Теория, которая вот-вот должна была рухнуть и рассыпаться в пыль. Готова ли она это допустить? Сейчас Мередит не знала ответа, она сомневалась во всем и немного боялась того нового, что грозило вот-вот прийти на смену теории о старом друге.
– Юджин… это вовсе не то, что ты имеешь в виду. То есть ты так думаешь, но это… это не совсем то.
– Мередит, мне же лучше знать, что я чувствую и о чем думаю! – перебил он ее, и она не придумала ничего лучше, как спросить:
– Ты поэтому злишься?
– Я не злюсь. Я сейчас поцелую тебя.
Припав к губам Мередит, Юджин боялся всего одно мгновение, бесконечно длинное первое мгновение, что она его оттолкнет. Но, когда Мередит качнулась навстречу ему, он почувствовал себя всесильным, в его груди ожила и вспыхнула безумная надежда, мечта, с которой Юджин не расставался все эти годы.
В его намерения не входила разведка – он сразу перешел в наступление. В нем столько всего накопилось – страх, боль, злость, ревность, – и сейчас все это сплавилось в один горячий комок и превратилось в порыв неистовой страсти. Наверное, он все-таки смог бы остановиться. Даже точно смог бы, но руки Мередит обхватили его плечи, и Юджин забыл обо всем на свете. Их поцелуй так затянулся, что они едва не задохнулись.
Отдышавшись, Мередит обнаружила, что сидит у Юджина на коленях. Но вместо того, чтобы немедленно встать, она прижалась к нему еще теснее, и это было так приятно, что она едва не замурлыкала. Все было великолепно, за исключением одного – ее теория все-таки провалилась в тартарары! Вряд ли теперь она сможет довольствоваться самообманом, что они просто друзья. Друзья так не целуются! Новая теория о внезапно проснувшемся влечении была вполне правдоподобной, но немного пугающей. Ей придется привыкать…
Мередит пристроила голову под его подбородком, прижавшись щекой к груди, и почувствовала себя маленькой птичкой в безопасном гнездышке. Гнездышко под ней завозилось, устраиваясь поудобнее.
– Ты так приятно пахнешь… – пробормотал он.
– О, надеюсь, у тебя не начнется аллергия? – забеспокоилась Мередит.