– По-твоему, я должна растаять от благодарности за то, что столь высокородный лорд соизволил сделать мне предложение? – Она сверлила его ненавидящим взглядом. – По-твоему, я должна целовать тебе ноги за столь благородное самопожертвование, тогда как тебе достаточно было лишь позвать Дафну… или ты всё ещё дрючишь Арабеллу за то, что она танцует гораздо лучше, чем читает? А может, в данный момент у тебя в фаворе Хлоя? Я, видишь ли, немного отстала от жизни в этой глуши! Так почему бы тебе не жениться на одной из них, вместо того чтобы делать мне это чёртово одолжение? Потому что мне ты не нужен!
– Я никому не собирался делать одолжений, – мрачно возразил он, – и я не занимаюсь самопожертвованием, если не считать времени, потраченного на бесконечные споры с тобой! Тебе известно, сколько дней я провёл в пути, пока добрался до этой проклятой дыры? Здесь такая холодная зима, что чертям тошно!
– Она не холоднее, чем твоё предложение! – ехидно парировала Кэролайн. – До сих пор у меня было странное убеждение, что предложение руки и сердца должно включать в себя упоминание о такой мелочи, как любовь!
Он не сразу решился ответить на её презрительный взор, но всё же поднял голову и спросил:
– А если я скажу тебе о любви, это поможет?
– Поможет?! – Её голос взлетел до истеричного визга. – Да чем же это поможет, если тебе в жизни не понять, что это значит?
– Я знаю, что это значит, – отвечал он со всем спокойствием, которое сумел сохранить, несмотря на бушевавшую в груди ярость.
– Ну так расскажи мне, – вкрадчиво предложила она. Доблестный священник наверняка не постеснялся подслушивать под дверью, потому что его сопение стало явственно слышно в повисшей в комнате мёртвой тишине.
– Так я и знала! – В этот миг она готова была убить его за это спесивое равнодушие. – И с какой же стати мне выходить замуж за человека, не представляющего себе, что такое любовь? Ты хоть соображаешь, что это значит – жениться? На всякий случай могу тебе сообщить, что брак подразумевает не только общую постель!
– Полагаю, ты можешь похвастаться богатым опытом на этот счёт, – выпалил он странно дрогнувшим голосом.
– Да, могу! – колко ответила она. – И это только сильнее склоняет меня к тому, чтобы послать тебя к чёрту. Твой список любовниц слишком длинный сам по себе, даже если бы я сочла незначительным недостатком твою полную бесчувственность. Кроме того, ты терпеть не можешь оперу и, того и гляди, допьёшься до белой горячки. Ты и сейчас наверняка навеселе.
Вообще-то в данный момент он мог считаться практически трезвым, поскольку успел опустошить последнюю бутылку целых два часа назад. Наверное, ещё и поэтому её упрямство так сильно действовало ему на нервы.