– Нет! – взвизгнула девушка. – Нет!
Гийом злобно зарычал, но Сэйбл думала лишь о том, как убежать, прежде чем он коснется ее. Не раздумывая, она стегнула Дамаска хлыстом по крупу и одновременно отпустила повод. Испуганный жеребец бешено рванулся вперед, перешел в галоп и на ходу сбил Гийома с ног. Приподняв юбки, Сэйбл, не разбирая дороги, бросилась бежать. Она знала лишь одно: нужно бежать от этого безобразного маньяка, собиравшегося изнасиловать ее. Она слышала у себя за спиной его неистовую ругань. Из ее груди вырвался отчаянный вопль, когда она вспомнила, что у него есть свой конь. Ему оставалось лишь вскочить на него и догнать ее.
Девушка потеряла всякую надежду на спасение. Споткнувшись о кочку, она растянулась на земле. Упавшие на глаза пряди волос закрыли ей обзор, а юбки мешали встать на ноги. Услышав смех Гийома, Сэйбл зарыдала. И вдруг она услышала звук выстрела, донесшийся с холма. А поднявшись на ноги, увидела Гийома, неподвижно распростертого в нескольких метрах от нее.
– Сэйбл!
Она подняла голову и разрыдалась. Вниз по склону на гнедом жеребце скакал Морган с дымящимся пистолетом в руке. У нее перехватило дыхание, когда она разглядела окровавленную повязку на его руке и темнеющий под глазом синяк. Ей хотелось броситься к нему, почувствовать объятия его сильных рук, но она не могла сдвинуться с места, словно ноги ее приросли к земле. Девушка смотрела на Моргана во все глаза, ей не верилось, что он жив.
– Сэйбл, что он с тобой сделал?
Услышав его голос, она зарыдала еще громче. Ибо уже не сомневалась в его любви к ней.
– О Морган! – воскликнула девушка. Спотыкаясь, она пошла ему навстречу, когда он спрыгнул с коня и раскрыл объятия.
– Сэйбл!
Услышав этот крик, донесшийся со стороны реки, Морган, уже собиравшийся заключить любимую в объятия, замер на месте. Сэйбл обернулась и ахнула, увидев группу всадников, впереди которых на мощном жеребце скакал не кто иной, как граф Монтеррей.
– Отец! – Она помахала ему рукой.
Минуту спустя Чарльз прижал дочь к груди. Морган молча ждал, не желая мешать.
– Тебе действительно не причинили вреда, радость моя? – озабоченно спрашивал Чарльз. И тут он наконец заметил Моргана, лицо которого выражало такое страдание, что граф не мог поверить своим глазам.
– Со мной все в порядке, папа, – прошептала Сэйбл, сморкаясь в протянутый графом платок.
Обнимая дочь, Чарльз бросил проницательный взгляд на капитана:
– Полагаю, у вас найдется удовлетворительное объяснение всему происходящему. Но мне не хотелось бы обсуждать это сейчас. Сначала я отвезу Сэйбл в Эйбердер. Ей нужен отдых и уход врача.