— Тогда я предлагаю очередь к столу «разнообразные предметы». Хотя это самый загруженный стол, мы стараемся, чтобы очередь продвигалась как можно быстрее, и используем четырех экспертов. Как только вы дойдете до эксперта, просто покажите ваш предмет, и он или она все вам о нем расскажет.
— А за каким столом стоит Майкл Эспел?
— К сожалению, Майкл Эспел не является настоящим экспертом, он ведущий шоу, так что у него нет своего собственного стола. Однако остальные двадцать экспертов обязательно ответят на ваши вопросы.
Папа грустнеет на глазах.
— Но есть шанс, что ваш предмет будет выбран для шоу, — быстро добавляет женщина, чувствуя папино разочарование. — Эксперт показывает объект телевизионной команде, и они принимают решение, снимать его или нет, в зависимости от его редкости, качества, того, что о нем может сказать эксперт, и, конечно, в зависимости от его ценности.
Если ваш объект будет выбран, вас проводят в зал ожидания, где с вами поработают гримеры, после чего вам предстоит в течение примерно пяти минут говорить с экспертом о вашем предмете перед камерами. В этом случае вы встретитесь с Майклом Эспелом. И еще потрясающая новость: мы впервые показываем передачу в прямом эфире. Она начнется через… о, сейчас посмотрим, — изучает женщина наручные часики, — через час.
Папа широко раскрывает глаза.
— Всего пять минут? Чтобы поговорить об этой вещи? — взрывается он, и женщина смеется.
— Пожалуйста, не забывайте, что перед передачей нам нужно посмотреть две тысячи принесенных людьми предметов, — говорит она, с сочувствием глядя на меня.
— Мы понимаем, мы здесь только для того, чтобы приятно провести день, правда, папа?
Он не слышит меня, оглядываясь по сторонам в поисках Майкла Эспела.
— Надеюсь, что так и будет, всего хорошего, — заканчивает разговор женщина, вызывая следующего человека из очереди.
Как только мы входим в переполненный главный зал — просторное помещение с галереей, я немедленно поднимаю глаза вверх, уже зная, чего ожидать: надо мной плафон из девяти огромных полотен, заказанных Карлом I, чтобы украсить обшитый панелями потолок.
— Вот, папа, держи. — Я протягиваю ему корзину для мусора. — Хочу осмотреть это прекрасное здание, пока ты будешь осматривать хлам, который приносят и него люди.
— Это не хлам, Грейси. Я как-то видел передачу, и которой коллекция тростей одного человека ушла за шестьдесят тысяч фунтов стерлингов.
— Ничего себе, в таком случае ты должен показать им свой ботинок.
Он пытается сдержать смех:
— Давай иди, осматривайся, встретимся здесь… — И отступает, ища глазами нужную очередь, даже не закончив фразы.