— А что? — удивилась княжна.
— Да нет, дело не в трубе. Хотя в башне и имеется печка, но ее никогда не топят. Просто в былые времена эта труба была в несколько раз выше, а на ее верхушке развевалось знамя Новой Ютландии. А когда король находился в замке, то еще и королевский стяг. И всех гостей непременно приводили сюда, дабы они могли воочию обозревать наше славное королевство. А теперь… Виктор безнадежно махнул рукой.
— Но, может быть, еще есть надежда вернуть те былые славные времена? осторожно спросила Марфа.
— Былое вернуть невозможно, — покачал головой Виктор, — да и не нужно. Нет-нет, надобно все время стремиться вперед, а мы уже более ста лет движемся в противоположном направлении… Ну да ладно, причитаниями делу не поможешь, — заговорил он уже почти по-деловому. — Собственно, я привел вас сюда не только затем, чтобы полюбоваться на осеннюю природу, а еще чтобы сделать одно важное признание. Тут, кажется, единственное место во всем замке, где нас не могут подслушать…
Однако Марфа приложила палец к губам:
— Ваше Высочество, по-моему, там кто-то есть!
— Где?
Княжна молча указала на трубу. Виктор прислушался и вскоре ясно разобрал привычное ворчание:
— Что за дурной дымоход — конца нет и нет… Вот у бабки в деревне печка так уж печка, а тут просто бес знает что!
Вслед за ворчанием из трубы показался и сам домовой Кузька.
— До чего довели печное хозяйство, — обратился он к Виктору, словно и не удивившись, что выскочил прямо на него. — Мне тут еще на сто лет работы хватит!
— Ну вот и замечательно, — невесело улыбнулся Виктор. — Хоть один человек полезным делом занят. Если, конечно, не считать Уильяма…
— А тебе, княжна, уходить отседа надобно, — переключился Кузька на Марфу. — Изведут тебя здесь лиходеи проклятые, попомни мое слово.
— Это еще кто кого изведет, — засмеялась Марфа.
— Действительно, княжна, вам в замке оставаться опасно, — покачал головой Виктор. — Мне не верите, так хотя бы Кузьму Иваныча послушайте. Он вам дурного не посоветует.
— Я подумаю, — ответила княжна то ли всерьез, то ли чтоб отвязаться от уговоров.
— Ну, думай, думай. На то и дадено серое вещество головного мозга, блеснул Кузька умными словечками, почерпнутыми из общения с боярином Василием, и скрылся в трубе.
— Ну что же, Марфа Ярославна, думаю, и нам с вами пора, — вздохнул Виктор. — Тут, по правде сказать, не жарко.
— Да, пожалуй. — Марфа кинула последний взор в сторону дальних «грядок», и они по винтовой лестнице с полуобвалившимися кое-где ступеньками стали спускаться вниз. Лестница вела через какие-то заброшенные холодные помещения, где все свидетельствовало о тлене и запустении.