— Он и теперь появляется? — спросила Мэгги.
— Гораздо реже, — ответил Кливленд, — и потом босс стал теперь куда строже насчет этого — слишком опасно.
— Да, — кивнула Мэгги, — я понимаю.
— Раньше, лет пять назад, или около того, мальчишка просто не вылезал отсюда. Мы не могли от него избавиться. Наверное, теперь ему стало не интересно. Знаете ведь, какие нынешние дети — им нравится только то, что шумит, стоит денег или имеет отношение к сексу.
От Мэгги не ускользнуло, что Кливленд упомянул о событиях пятилетней давности. Пять лет минуло с тех пор, как не стало отца. Трои, несомненно, счел бы ее идею несостоятельной, но все же не исключено, что свидетель несчастья существует.
— Мэгги! — воскликнула Лин-Мэ, поднимаясь из-за изящного письменного стола. — Вот так сюрприз!
— Ваша секретарша разрешила мне войти, — сказала Мэгги. — Мне, конечно, надо было сначала позвонить…
— Да, к сожалению, сегодня я уже договорилась позавтракать с одним человеком. — Лин-Мэ была явно огорчена.
Мэгги тут же заверила ее, что заглянула на минутку по дороге, успев перекусить в перерыве между работой в туннеле и занятиями в архиве.
— К тому же я в рабочей одежде, — добавила она, неожиданно заметив, как странно выглядят ее джинсы и майка рядом с шелковым красновато-коричневым костюмом Лин-Мэ, удачно дополненным тончайшим кремовым шарфом.
Лин-Мэ рассмеялась.
— Чепуха. Вы будете красивой, даже если наденете на себя бумажный мешок и подпояшетесь веревкой.
— К счастью, мой заработок пока позволяет мне не впасть в нищету.
— Может быть, выпьете чаю? У меня еще есть полчаса, до того как за мной зайдут… — Она чуть наклонилась, и Мэгги обдало запахом женьшеня.
— Чаю — с удовольствием, спасибо.
Пока Лин-Мэ вызывала секретаршу, Мэгги успела окинуть взглядом ее изящно обставленный кабинет, восхищаясь тем, как все здесь подходит хозяйке.
Не только стол, но и все остальное — продолговатые книжные шкафы, стулья для посетителей и даже узенькие рамки картин с изображениями стилизованных белых цапель и тропических рыбок поблескивало темным лаком. Вместо привычных жалюзи или штор, экраны из рисовой бумаги закрывали высокие узкие окна, создавая впечатление у вошедшего сюда, что он — в самом сердце Китая, а не в кабинете на шестом этаже обычного учреждения. Складная пятисекционная ширма, расписанная сценками из жизни китайского императорского двора, отделяла рабочее место Лин-Мэ от помещения, предназначенного для заседаний, где стоял длинный стол, окруженный стульями.
— Мой дом тут, а не дома, — сказала Лин-Мэ, словно прочитав мысли Мэгги. Пит знает, где меня всегда можно найти.