Рядом, под стеклом, Мэри увидела черновик Суинберна. Слова были несколько раз перечеркнуты и читались с большим трудом. Это был один из черновиков его стихотворений.
Мэри отошла от экспонатов и взглянула на бесконечные ряды полок с книгами, к которым были приставлены высокие лестницы. Исписанные страницы как бы ожили, и Мэри услышала вокруг себя их голоса. Она сделала глубокий вдох, такой же, как на автобусной остановке в Доллис-Грин.
Мэри направилась в греческий зал, где хранились сокровища Парфенона, и долго еще там оставалась.
– Возможно, сейчас у нас к вам возник один и тот же вопрос, – сказала Джин. – После того как мы немного узнали Рэндела, нам бы хотелось знать, почему с тех пор, как Рэндел заболел, вы продолжаете столько лет оставаться вместе.
Мэри пожала плечами:
– Я не могу сама себя обеспечить, тем более что у меня четверо детей. У меня нет высшего образования. Рэндел заболел давно, а в те дни у нас развод был чрезвычайно редким явлением. Это считалось большим несчастьем. – Луч солнца скользнул по кушетке, где две женщины вели неторопливую беседу.
– Вы что, не могли вернуться к родителям? Мэри унылым взглядом обвела комнату.
– Когда я выходила замуж за Рэндела, мои родители сказали мне, что всегда рады видеть нас у себя, но чтобы я никогда не приходила к ним без Рэндела.
– Но это же очень жестоко с их стороны! – воскликнула Джин.
– Но что делать! Вот так мне и приходилось жить. Все же Рэндел содержал семью, – сказала Мэри, переводя взгляд с чашечки кофе на Джин, которая внимательно, с участием смотрела на нее. – Все эти годы он аккуратно приносил домой зарплату. Никогда не тратил денег на себя и на других женщин. Я думаю, что за все годы, прожитые со мной, у него никогда не было другой женщины. Иногда мне даже хотелось, чтобы у него кто-то появился.
– Почему?
– Представьте себе, что у вашего мужа есть любовница, и вы можете с ней поделиться своими мыслями. Это помогло бы вам, вы, может быть, чувствовали бы себя более комфортно?
Джин улыбнулась:
– Как в гареме. У всех женщин один муж.
– Может быть, они говорят друг другу: «Будь осторожна, сегодня – он в плохом настроении» или: «Почему он рассказывает всем нам одну и ту же шутку?», или: «Сказал ли он что-нибудь тебе на прощание или ушел с каменным лицом?»
Джин уже не улыбалась, она вовсю хохотала. Мэри продолжала свою мысль:
– В гареме у женщины могут быть собственные дети и целая куча нянек. И там между собой женщины делят и мужчину, и свои собственные переживания.
– У ваших детей была няня? – спросила Джин.