Босх снова кивнул – это показалось ему вполне справедливым. Взглянув на свои часы, он увидел, что уже почти десять. Надо позвонить Сильвии, а значит, нужно уйти отсюда до того, как начнется следующая пьеса и музыка снова его зачарует.
– Мне пора сматываться, – допив свой бокал, сказал он.
– Ага, и мне тоже, – сказал Бреммер. – Я выйду вместе с тобой.
Прохладный вечерний воздух слегка развеял сковавшее Босха алкогольное оцепенение. Попрощавшись с Бреммером, он сунул руки в карманы и двинулся вперед по тротуару.
– Гарри, ты собираешься идти пешком до самого Паркер-центра? Садись, вот моя машина.
Бреммер отпер дверцу со стороны пассажирского сиденья, и Босх, даже не сказав «спасибо», сел в машину и, нагнувшись, открыл дверцу с другой стороны. Сейчас он был в той стадии опьянения, когда почти ничего не говорил и только слушал.
Бреммер начал беседу, как только они тронулись.
– Мани Чандлер – это еще та штучка, правда? Она прекрасно умеет играть присяжными.
– Думаешь, она своего добилась?
– Она близка к этому, Гарри, – я так думаю. Но даже если решение будет вроде тех, что в последнее время часто принимают в делах против ЛАПД, она все равно обогатится.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Ты ведь раньше не был в федеральном суде?
– Нет. Я стараюсь, чтобы это не вошло в привычку.
– В гражданских делах, если выигрывает истец – в данном случае это Чандлер, – то ответчик (в данном случае это город, который оплачивает твой счет) должен выплатить адвокату гонорар. Даю гарантию, Гарри, что завтра в своем заключительном слове Мани заявит присяжным, что им всего лишь нужно постановить, что ты действовал неправильно, а размер ущерба может составлять хоть один доллар! Присяжные увидят, что это самый простой выход. Они могут заявить, что ты был не прав, и присудить компенсацию в один доллар. Они не будут знать – потому что Белку не разрешат об этом распространяться, – что, даже если истец выиграет один доллар, Чандлер все равно выставит городу счет. И этот счет будет не на один доллар, а скорее всего на пару сотен тысяч. Это настоящее жульничество.
– Черт!
– Ну да, таково наше правосудие.
Бреммер въехал на стоянку, и Босх в одном из передних рядов машин заметил свой «каприс».
– Ты сможешь вести машину? – спросил Бреммер.
– Без проблем.
Босх уже собирался закрывать дверцу, когда Бреммер его остановил.
– Послушай, Гарри, мы оба знаем, что я не могу раскрыть тебе свой источник. Но я могу сказать тебе, кто им не является. И должен заметить, что он не из тех, кого ты мог бы подозревать. Понимаешь? Если ты держал под подозрением Эдгара или Паундса, то это не они. Ты никогда не угадаешь, кто он, так что даже не трудись. Понятно?