— Бляяя! Ну вы и идиоты, — пробормотал Каузов, вперившись взглядом в дорогу, — меня чуть «кондрашка» не посетила. Это же надо такую херню придумать. Сейчас пару километров еще и, как хочешь, но я остановлюсь — проверю своих.
— Ну, давай! А то может у твоих уже волосы на всех местах седые.
— Хорошо, я быстренько, а то мало ли что ваши дятлы еще учудят.
Через несколько километров Рома поморгал фарами, и начал притормаживать. Сразу затормозить он не решался, зная своих водителей.
— Ну их нахрен, а то со всей скорости влетит мне в жопу. У нас водители "оторви и выбрось, а потом еще и прикопай, чтобы не вылезло".
Из глубины салона заныл Лёня:
— Надо было из ПКма очередью в окошко дать.
— Лёня, ну его нафиг! Мы теперь действуем агентурными методами. Так что сидим — и не отсвечиваем.
— А мы прорываться на командный пункт будем, — поинтересовались Артемьевы.
— Не, пацаны, давайте пользоваться ситуацией. Пусть «спортсмены» идут в атаку, мы как-нибудь по другому отработаем — нашкодим по-тихому и свалим.
— Хрррр, ммм, о дааа крошка, вот так, — вклинился в разговор лейтенант.
— Проснись, бригадную кассу спёрли! — начали приводить в чувство начфинёнка братья-связисты.
— Я не спал, я не спал, — очнулся лейтенант.
Прибежал Каузов.
— Фу, вроде всё нормально, поехали быстрее, а то ваши быстроногие олени догонят.
Через минуту колонна снова неслась по трассе. В салоне было тепло, играла какая-то задушевная фашистская музыка в стиле тридцатых годов. Ко мне начал подкрадываться сон. Чтобы как-то прийти в себя, я начал усиленно думать о дальнейшем порядке наших действий. Никаких конструктивных идей в голову не приходило. Из салона доносился богатырский храп уставших разведчиков, в который вклинивалось тоненькое повизгивание лейтенанта…
— Рома, это что у тебя за хрень играет? — чтобы как-то отвлечься, спросил я "Фашиста".
— Макс Раабе, стиль берлинское кабаре..
— Редкостная поебень, — отозвался я и, стукнувшись головой о «торпеду», провалился в экстаз сна.
Проснулся от возмущенных воплей личного состава, обвиняющего доктора в некорректном поведении и порче общественного воздуха. Часы на приборной панели показывали двадцать минут первого.
— Сейчас в Курояровку заедем, — известил Каузов.
* * *
По деревне в различных направлениях двигались разведывательные признаки передвижного командного пункта. Особенно много их столпилось возле единственного на всю округу круглосуточного киоска. Военные в камуфляже стояли в довольно прилично длинной очереди и скупали всё подряд — в основном горячительные напитки.
Каузов подъехал к двум военным тентованным «Уралам» и кучке военного люда, толпившегося возле техники.