– Хороший вопрос. – Изабелла сардонически засмеялась. – Власти обещают женщинам денежное вознаграждение, как только они родят больше десяти детей. Для них это искушение. Многие пытаются, но ни одна не доходит до десяти. А после рождения семи детей они настолько истощены, что их убьет самая малость. Как вы думаете, сколько еще протянет эта несчастная?
– Обещают вознаграждение за рождение такого количества детей?
– Его величеству нужны мальчики, из которых вырастут солдаты. – От всех этих ужасов у графини закружилась голова. Впереди показалась еще одна хибара, привалившаяся к огромному дубу. – Идемте, графиня. «Делая добро, да не унываем, ибо в свое время пожнем, если не ослабеем». [79] Я слышала эти слова от нашей лицемерной суки Прюд. Много она знает о добрых делах.
Изабелла открыла едва державшуюся дверь и вошла в лачугу. Внутри на странной резной кровати лежала старуха с кожей темной и морщинистой, как чернослив.
– Изабелла! – воскликнула она. В ее низком хриплом голосе слышался сильный французский акцент. – Я думала, ты никогда не придешь.
– Я привела друга, мадам Северина. – Она села на край кровати и снова стала доставать еду. – Как и вы, мадам, моя подруга графиня была когда-то любовницей короля.
– Карла. – Графиня слабо улыбнулась. – Английского. В шестидесятых годах.
– Значит, через несколько лет после меня. Людовику было шестнадцать лет. Я была прислугой. Он пришел ко мне, чтобы расстаться со своей невинностью. Мальчиком он не был так жесток и эгоистичен. Но всегда любил розыгрыши. – Женщина теребила ветхие простыни. – Теперь все это не так забавно. – Она впилась в куриную ножку, поданную ей Изабеллой. – Итак, Изабелла, cherie, [80] твой карандаш сегодня при тебе?
Изабелла подвинула табурет и села у изголовья кровати. Вынула книжечку в шагреневом переплете и карандаш и, по мере того как женщина говорила, делала записи.
– Жила-была на свете, – начала мадам Северина, – старая женщина, и было у нее столько детей, сколько дырок в решете…
Вместе со своими новыми знакомыми Элпью сидела за круглым столиком в таверне.
– Ну, я могла бы тебя пристроить, – сказала Кейт. – Но это страшная тайна. Тебя прощупает эта шикарная девка. Она прикрытие.
– Это место для краденого, да?
– Если бы! – Сара засмеялась. – Нет. Весь день мы занимаемся всякими гадостями. Настолько мерзкими, что даже еда в рот не лезет.
– Да я все это знаю, работала в Ковент-Гардене, – небрежно заметила Элпью. Она никогда не зарабатывала на жизнь проституцией, хотя иногда использовала свое тело для получения желаемого. Ну а какая женщина так не поступала?