Жиган опустил пистолет, не сводя его, однако, с охранника. Угрюмо покосившись, Битюг закрыл на засов металлическую дверь и направился к дому по аккуратной узкой дорожке, посыпанной мелким гравием.
– Побежишь, – предупредил Жиган, – пристрелю как пса паpшивого.
Вокруг не было видно ни одной живой души. Очевидно, Пантелей не ждал незваных гостей, а потому доверил охрану входа одному Битюгу.
Вблизи дом производил еще более внушительное впечатление. Толстые кирпичные стены, толстые высокие двери из мореного дуба, резное крыльцо, окна, напоминавшие бойницы средневекового замка.
Жиган и Битюг прошли мимо крыльца, обогнули дачу слева и остановились перед невысоким деревянным срубом с покатой крышей и трубой. Из трубы поднимался вверх сизый дым.
– Тут, – сказал Битюг.
– Ладно, – сказал Жиган, возвращая курок пистолета на прежнее место. – Ты мне больше не нужен.
Он тут же с размаху ударил охранника по голове рукоятью пистолета. Потеряв сознание, Битюг рухнул на землю. Жиган перешагнул через тело громилы и толкнул скрипучую, покрытую кое-где пятнышками смолы дверь.
Он по-прежнему держал пистолет в руке, опустив его стволом вниз. Предбанник оказался довольно просторным, уставленным вдоль стен широкими скамьями.
К удивлению Жигана, здесь было довольно светло – под низким потолком горела яркая электрическая лампочка.
На скамьях сидели старые знакомые Жигана – Хыз и Борисик. Их распаренные тела были покрыты лишь накинутыми на плечи полотенцами. На скамье между ними стояло огромное блюдо с вареными красными раками, под ногами громоздился ящик с чешским пивом.
Борисик, отхлебывавший пиво из горлышка бутылки, едва не поперхнулся. Хыз рванулся, чтобы встать, но Жиган быстро осадил его.
– Не дергаться! И ты тоже, поставь бутылку, потом допьешь, только медленно.
С ненавистью глядя на Жигана, Борисик неохотно выполнил приказание.
– Вот так-то лучше. Пантелей в парилке?
– Ну… – выдавил из себя Хыз.
– Зови.
– Не могу.
– Что?
Жиган направил ствол пистолета в лоб Хызу.
– Я что – не ясно сказал?
– Да не могу я, – прошипел Хыз, – у него там баба.
Эти слова были похожи на правду, потому что из-за двери парилки доносились размеренные женские стоны и характерный ритмичный скрип.
Ох, как хотелось Жигану прервать этот акт сладострастия и войти в парилку. Но тогда он рисковал оставить за спиной двух противников и поставить под угрозу собственную жизнь. Пришлось ждать.
– Давно он там?
– Сейчас кончит, – угрюмо произнес Хыз.
– А что за баба?
– Так, есть одна сучка.
Жиган присел на скамью у противоположной стены и со скучающим видом принялся вертеть в руках пистолет. Это был «ТТ» китайского производства, о чем свидетельствовали иероглифы на боковой части затвора.