Надо решиться, подумала я – вскочить в седло и нестись. Куда-то же яв итоге попаду – или в сторону Прангин-роуд, на окраину, и тогда все очень плохо, или как раз наоборот – к пустынной, но совсем не страшной Эспланаде, рядом с которой работают еще отели и кабаре, включая мое собственное.
Мысль о кабаре меня почти успокоила. Я даже начала, дрожащим голосом, напевать:
– Ее звали Кити из Канзас-сити…
И разом замолчала. Потому что где-то сзади, за углом, послышались неторопливые, даже ленивые шаги. Как будто кто-то не спеша шел за мной, наблюдая из отдаления.
И ведь я почти уже знала, где нахожусь. Вот сейчас в какой-то щели между домами я увижу даже не храм, а маленький алтарь, где под черепичным навесом сидит очень странный фарфоровый персонаж – некто Мастер Чэнь. Как мне объяснили когда-то – предок небольшого клана Чэней из Гуанчжоу. Странным он был из-за совсем уж средневековой одежды, и особенно – из-за не очень китайского лица с острой, торчащей вперед бородкой. Что за историю скрывает эта статуя? Знают ли эту историю отпрыски клана, переселившиеся в прошлом веке сюда, к южным морям?
Статуя Мастера Чэня была на месте, но закрыта металлической гармошкой, хотя красная точка одной из курительных палочек еще теплилась в темноте. А рядом с ней в жаровне дымились обрывки бумаги. Что послали ему потомки туда, где его душа обитает сейчас? Может быть, автомобиль? Пользуется ли он им там, где он сейчас, нравятся ли ему рессоры и подвеска, или ему для этого надо в очередном перерождении вернуться на землю?
Шаркающие шаги за углом прозвучали отчетливо. Как минимум две пары ног.
Как же глупо оказаться трупом на непонятно почему опустевшей улице. Глупо – и еще, наверное, очень плохи эти несколько последних секунд, когда уже все ясно и Белое видение не поможет.
Объяснить им, что меня нельзя убивать, потому что я британский агент и у меня несколько миллионов в Америке?
Нет. Сейчас я сажусь в седло. На одного я направлю велосипед, так, чтобы он споткнулся и наткнулся на второго. После этого еду вперед, куда угодно, с диким криком, или бегу – тоже с криком.
Изо всех сил нажимая на педали, я выехала из-за угла – Карнарвон-стрит, Чулия-стрит, какие-то глухие переулки, и вот наискосок на той стороне улицы – знакомые скаты низкой, тяжелой крыши, днем – с лиловатым оттенком вишни. Крыши храма Богини милосердия Гуань-инь.
На площади перед ней, и вообще вокруг, ни души.
Две фигуры появились из-за угла – обе на велосипедах.
– Теперь вы знаете дорогу и можете продолжать путь в безопасности, – с запинкой, но довольно правильно выговорил один. – Голодные духи вас не тронут. И никто другой.