Можем. Если он был убит в подвале в промежуток времени от 10:15 до 10:45, то когда его тело было перенесено в экипаж? Батлер нашел его за минуту-две до одиннадцати. Очень хорошо. Невозможно предположить, что убийца, замаскированный под Пендерела, между 10:45 и 11:00 мог вынести тело наверх. Ибо для этого он должен был сзади обойти музей, на глазах у Пруэна спуститься в погреб, поднять тело своей жертвы, взвалив на себя этот немалый вес – Пендерел был шести футов роста, вынести его наверх, прямо на глазах у Пруэна пройти в дверь, положить мертвеца в экипаж и еще успеть скрыться. Мы можем сразу же отбросить этот набор несообразностей. Следовательно, можно вычеркнуть эти пятнадцать минут; теперь мы знаем, что Пендерел должен был быть убит и, кроме того, труп его должен был быть положен в экипаж между 10:15 и 10:45.
Но если человека с такой непомерной ношей нельзя было не увидеть в дверях погреба от 10:45 до 11:00, то Пруэн так же увидел бы его в любое предыдущее время, когда он стоял на вахте, привычно обозревая весь зал. Да, убийца со своей ношей в любое время попался бы на глаза Пруэну, кроме тех пяти минут между 10:40 и 10:45, когда внимание Пруэна было отвлечено от созерцания зала. Это было единственное время, когда бдительный страж покинул свой пост, единственные пять минут, когда тело можно было незаметно поднять наверх и забросить в экипаж.
Ибо что случилось в эти минуты? Пруэн услышал треск из «Галереи Базаров»; он заторопился туда посмотреть, что произошло, и увидел, что в стену высоко над головой врезался кусок угля. В бесплодных поисках недоумевающий Пруэн провел пять минут. К сожалению, он не заметил того, на что и остальные не обратили внимания, хотя казалось, что это совершенно ясно. Основное предположение исходило из того, что уголь должен был бросить тот, кто находился внутри «Галереи Базаров». Пруэн утверждал, что все это время в галерею никто не входил, кроме Бакстера; но если уголь швырнул Бакстер, откуда он раздобыл этот кусок – учитывая, что весь вечер он и близко не подходил к погребу? Как ни ломай себе голову, но прийти можно было только к одному выводу. Во-первых, к допущению, что уголь должен был быть брошен издалека, со стороны дверей погреба. А если вы побываете в музее – или хотя бы взглянете на этот план, – вы увидите нечто, что превратит предположение в уверенность. Кусок угля, разбившийся о стену, летел по прямой линии. Если вы станете спиной к стене, в которую он врезался, то увидите прямо перед собой единственную точку, откуда его можно было запустить. Дверь погреба. Если бы его кидали с любого другого места, он должен был бы лететь по дуге или по кругу, как бумеранг.