— Мне кажется, вы не сознаете, — вступила Элпью, — насколько опасным может быть этот Рейкуэлл.
— О, наша Бек завяжет его двойным морским и вздернет на брам-стеньге быстрее, чем с ним расправятся его дружки, не о чем и говорить.
— Но...
— Я не спорю, она зачерпнула кормой, и здорово зачерпнула, но она скоро пройдет через полосу штиля, и попутный ветер снова наполнит ее паруса.
— Мне очень жаль. — Графиня наконец смогла вставить слово. — Боюсь, у меня для вас очень печальная новость.
— Видимо, эта ее никуда не годная лодчонка подняла паруса и покинула порт, — проворчал Джейк. — У нее всегда был мрачный вид мятежницы.
— Прошу прощения?
— Да Сара. Эта угрюмая девица, которая присматривала за лондонской квартирой Бек.
— Боюсь, дело обстоит гораздо хуже. — Графиня заговорила тихо, но твердо. — Позапрошлым вечером нам с Элпью выпала страшная участь обнаружить в Сент-Джеймсском парке тело. И я боюсь, что тело принадлежало Ребекке, и она была действительно мертва, так как голова была отделена от тела.
Джейк и Сэл молча смотрели в пол.
— Может, вы ошиблись, графиня? — проговорила Сэл.
— Я бы предположил, что тело принадлежит кому-то другому, — добавил Джейк. — И он забыл, где его оставил.
— Возможно, — произнесла графиня. Как можно что-то растолковать людям, которые говорят на этом непостижимом жаргоне? Она ухватилась за соломинку. — Может, это вы ошибаетесь, мистер Монтегю. Я надеялась, вы скажете, что ваша Бек — не Ребекка Монтегю, знаменитая актриса.
— Наша дочь — актриса, ваша светлость. Горожане называют ее Роксаной после того, как она сыграла эту роль. Я понимаю, это кажется невероятным, что такие скромные моряки могли произвести на свет столь красивое и талантливое дитя, но Ребекка Монтегю — это действительно наша Бек. — Он выпустил новый клуб дыма. — И, к вашему сведению, я не мистер Монтегю. Меня знают под именем Джейк Суньига.
— Испанская фамилия?
— Мой прапрадед плавал с «Армадой», потерпел кораблекрушение и осел в Корнуолле. Смуглая кожа и огненный взгляд достались нашей Бек от него. Она изменила фамилию для театра, чтобы звучало больше по-лондонски, если вы меня понимаете. — Он вынул новый лист табака и свернул его на колене.
— Уверяю вас, графиня, Джейк прав, наша Бек жива, — сказала, поднимаясь, Сэл. — Можете в этом не сомневаться.
— Но, — настаивала графиня, — мы же видели ее тело. Без головы.
— Бедняжка! — вздохнул Джейк. — Знавал я крепких мужчин, которым с пьяных глаз казалось, что они видят русалок, сирен, василисков и всякую прочую нечисть.
— Выпейте еще пунша, — сказала Сэл, беря черпак. — Глоточек нашего лекарства творит чудеса.