— Слышь, ельф! Я те иногда завидую! Мало того, что она тебя, дурня, так любит, так ещё и умная какая! Не, ежели ты на ней не женисся, ты мне не друг!
— Ты хочешь сказать, что её идея подходит?
— Гы! А то! — фыркнул гоблин. — Так, а с конячкой что делать? Он ведь тоже приметный дюже…
— Графа мы просто вываляем в грязи, а бабки ему ореховым соком натрём. Был вороной — станет каурый. Потерпит немножко, зато потом будет отборный овёс кушать… — быстро сказала Геби, пока её спутники не начали предлагать свои варианты избавиться от коня, как, например, продать или прирезать бедную животинку.
— Хорошо, — кивнул Трис. — Значит…
— Значит — на, держи! Это тебе! Надеюсь, размерчик подходит?
Трис обернулся на гоблина, копавшегося в телеге и испуганно вздрогнул: перед его носом раскачивались железные кандалы…
— После этого инцидента нет и речи о том, что бы позволять им и дальше идти к Нэмэтару! Я хочу видеть их тела на самой высокой виселице Леверквинна! Своими глазами видеть, как их вздёрнут! Нет, я сам выбью скамейку у них из-под ног!
Рэндолф в ярости метался по кабинету, а его несчастный советник Клосс то и дело уворачивался от проносящихся мимо него 260 фунтов всего воистину королевского величества, стараясь при этом сохранять позу почтения.
— Ваше величество может не беспокоиться: на их поиск уже брошены несколько отрядов, которые прочешут лес и не дадут им ни единого шанса на спасение от вашего гнева.
— Где этот горе-профессионал? — Король остановился, тяжело дыша.
— Он в тюрьме. Но он умоляет дать ему шанс искупить свою вину и исправить ошибку. Он клянётся принести под ноги вашего величества головы тех, кто так посмеялся над Вами и ним. Он надеется заслужить ваше прощение.
Его величество кивнул и сел в кресло возле стола.
— Прощение он может получить тогда, когда эльфийская цацка будет лежать у меня на столе, — королевский кулак с грохотом опустился на дубовый стол, — а их тела будут клевать стервятники! Но виселицу я прикажу строить уже сейчас: если на них не будет тел этих преступников, он сам отправится туда, вместо них! А, может, и вы с ним, за компанию! Так ему и передайте, Клосс!
Бедный Клосс побледнел и пробормотал что-то жалостливое. Король Леверквинна устало плюхнулся в кресло, сгрёб несколько листков пергамента со стола и стал обмахиваться ими, словно веером:
— Ладно… Пусть идёт. Все равно эти сотни тупых солдат ничего не стоят против одного-единственного человека, которым движет желание отомстить.
— Слушай, Воларк, а это обязательно? — жалобно спросил эльф, гремя цепями, как старое привидение. Пока Гы-Гы демонтировал фургон, возвращая старой телеге первоначальный вид, возле костра шла примерка…