Перис прижала дрожащие руки к бокам и заняла позицию.
– В «Квинн» дела никогда не шли успешнее, чем сейчас, – сказал Тобиас, сложив руки на груди. – Потребуется больше, чем несколько лживых слухов, чтобы опрокинуть нас. На северо-западе нет застройщика, который не мечтал бы оказаться на моем месте.
Она снова почувствовала себя бабочкой под увеличительным стеклом.
– Я ничего не знаю о слухах и пришла сюда не для того, чтобы обсуждать твои прибыли и убытки. Пожалуйста, закрой дверь.
– Леди, есть только одна возможная причина для вашего прихода, и мы оба знаем, какая она. Боже, ты, должно быть, решила, что я Санта-Клаус, когда я вошел в твою квартиру.
Перис принюхалась, но не почувствовала запаха алкоголя – по крайней мере, от него не пахло, как от человека, выпившего слишком много.
Он указал в ночь.
– Ты больше не получишь ничего, что могла бы использовать против меня. Иди домой.
Перис собрала все свое мужество и закрыла дверь.
– Я ждала на улице довольно долго. И уйду, когда получу то, зачем пришла.
От его смеха у нее похолодело внутри.
– Ну-ну. Женщина, которая знает, чего она хочет – или думает, что хочет, – сказал он, медленно обходя ее кругом. Склонив голову, он изучал каждый изгиб ее тела, его взгляд, казалось, обжигал кожу – так, как не удавалось этой жаркой ночи. – Отлично, вот я. А вот ты. Ты хочешь того, зачем пришла, быстро? Грубо? Без всякого изящества? Или мы будем притворяться? Ты хочешь следовать заведенному вежливому ритуалу? Выпьешь что-нибудь?
Она еле выговорила:
– Я не хочу.
– Зато я хочу.
Его рука, подобно змее, обвила ее талию, заставив вздрогнуть и отпрянуть.
– Я не собираюсь кусать тебя, – сказал он, растягивая губы в нечто, не имеющее ничего общего с улыбкой. – Пока.
Он потянул ее в небольшую, но хорошо оборудованную кухню и свободной рукой достал бокал.
Главное – соблюдать спокойствие. Может, у нее и не хватало опыта, но Перис знала намерения Тобиаса.
– Я не Синтия, – сказала она, поднимая подбородок и пытаясь высвободиться. – Сексуальное запугивание со мной не пройдет.
– Ты определенно не Синтия, – сказал он, на этот раз на самом деле улыбнувшись. Он отпустил ее талию так неожиданно, что она с трудом удержала равновесие. – У нее грудь больше.
Лицо Перис запылало.
– Ты отвратительный. И предсказуемый.
– Это так интересно, – проговорил он. – Ты и я за неделю сказали друг другу больше, чем за все годы, что мы росли вместе.
Кубики льда из черного холодильника зазвенели у Тобиаса в бокале.
– Уверена, что не хочешь присоединиться? – Он поднял бутылку виски и черную бровь одновременно.