Женатый мужчина (Эллиот) - страница 187

— У тебя что, роман с моим мужем?

Я внезапно шумно вздохнула и нечаянно сдвинула вазу на столе. Сначала я не могла посмотреть ей в глаза, но это надо было сделать, и я приказала себе взглянуть на нее. Действительно, лицо у нее было очень бледное, и вокруг глаз и губ наметились морщинки. Зеленые глаза уже не искрились весельем и жизнерадостностью: они стали опустошенными, ранимыми, несчастными. Это было грустное лицо женщины средних лет, которой в жизни досталось немало горя и на которую сейчас навалилась новая беда — по моей вине.

— Я… нет, вовсе нет, — прошептала я. — То есть… не совсем. Но мы… мы собирались.

— Собирались?

— Да… вообще-то, мы до этого еще не дошли, — с жалким видом пробормотала я. Господи, какой кошмар. «Не дошли», как будто не дошли до дому! Только вот речь шла о супружеской измене ее мужа.

— Понятно. То есть… вы намеревались.

Я опустила голову, от стыда отводя глаза. Я чувствовала себя грязной презренной трусихой.

— Я… я сегодня собиралась с ним встретиться, — призналась я. — После того, как закончу тут с цветами.

— После церкви? — ровным голосом спросила она. — В отель. Как уместно. А он сказал мне, что у него деловая встреча в Лондоне.

— Прости! — Я в отчаянии подняла глаза. — Я понятия не имела, что он твой муж!

— А это бы что-нибудь изменило? Если бы ты знала? Я пристыженно отвела взгляд.

— Не знаю. То есть… да, конечно, сейчас я бы не стала, но раньше… не знаю. Но сейчас это имеет значение. Сама подумай, ведь ты такая милая, ты совсем не такая, как я ее представляла… и… мне-то казалось, что у меня есть оправдание, — выпалила я. — Потому что он такого про тебя нарассказывал… О боже, прости! — К своему ужасу и позору, я разрыдалась. Закрыла лицо руками и заревела. Она тут же подбежала ко мне и, к моему пущему стыду, обняла меня.

— Какая разница, — всхлипывала я, уткнувшись ей в плечо и уже не в силах остановиться, — какая разница, милая ты или нет! Мне все равно не стоило этого делать, и… Нет, так только хуже! — Я глотнула ртом воздух в перерыве между икотой, судорожно отпрянула от нее и вытерла лицо рукавом. — Это ты должна плакать, а не я! У тебя должна случиться истерика. Такая эгоистичная корова, как я, не имеет права плакать!

— Не переживай, — горько улыбнулась Мимси, все еще сжимая мое плечо. — Даже если бы ты не разревелась, я бы все равно плакать не стала. Я уже свое выплакала. У меня сил не осталось.

— Хочешь сказать, — я быстро подняла глаза, пытаясь совладать с собой, — такое уже случалось раньше?

— Да, и не раз, — вздохнула она.

— Не раз? — я оторопела. Слезы моментально высохли. Я пришла в такое смятение, что мне даже пришлось сесть на маленькую деревянную скамеечку и прислониться к стене. Мимси села рядом.