«На этот раз» повесть Болотова явно не укладывалась в привычное представление Ольги Гладышевой о «молодежной повести» 60-х годов; пришлось поэтому, сочиняя статью «Доступная бедным» для журнала «Волга» (№ 6, 1972 год), подменить кое-где взгляды героев и взгляды автора, обрубить детали, придумать Лобову «отца-академика», забыть о такой «мелочи», как позиция писателя. Ольга Гладышева в заключение загадочно заявляет: «Лобов в конце концов уезжает. Все как полагается. Два миллиона молодых подписчиков почерпнут немало пищи для раздумий над жизнью…»
Ну зачем же так уж искажать замысел прозаика, напрасно «обнадеживать» читателя? Ведь в повести А. Болотова нет ни томительных поцелуев, ни пошлых прижимании, нет даже объяснений в любви, но это не смущает Ольгу Гладышеву, написавшую статью о «теме любви в прозе молодежных журналов».
Повесть «Сто тринадцатый» — серьёзная, свободная от всякой клубнички, от затрепанных штампов. Крепкий, самостоятельный парень из трудовой семьи идет работать на каботажный морской буксир, встречает там разных людей — добрых и мелких, честных и циничных — и ничего, не погрязает, не опускается до уровня подленького эгоиста, матроса Шило, а лишь укрепляется в своих юношеских нравственных идеалах. Лобов узнает настоящую жизнь, изображенную молодым прозаиком трезво, без прикрас, — жизнь со своими драмами и вопросами, советскую жизнь, в которой торжествуют чистота и безупречность наших гуманистических принципов.
ВОПРОС РЕБРОМ!
Один из рецензентов повести А. Болотова изумлялся, как это Лобов сумел удержаться на своих нравственных позициях, встретившись с экипажем «Сто тринадцатого». Я имею в виду рецензию А. Морозова в «Псковской правде». Названа рецензия весьма безапелляционно: «113-й» на мели». Название даже не лишено журналистского изыска, хотя и несколько прямолинейно. Метод анализа повести тоже незамысловатый. Рецензент ставит вопрос ребром:
«Зовет ли к правде, красоте, к вдохновенному труду повесть А. Болотова?»
И тут же отвечает: «На наш взгляд, нет».
Вот так, без экивоков и сомнений: нет и все тут, хоть ты тресни!
Причем двумя абзацами ранее А. Морозов признал, что «взят кусок из жизни, показаны действия людей в различных обстоятельствах. Более или менее раскрыты характеры основных действующих лиц. Выбор темы: вступление молодого человека в самостоятельную жизнь — сам по себе интересен.
Особенно для журнала «Юность».
Казалось бы, после таких признаний только развести руками: «Чего ж вам больше?» Оценить бы тут же достоинства повести, разобрать некоторые её слабости, помочь прозаику утвердиться в литературе. Однако рецензент А. Морозов недоволен; он движим другой целью: доказать, что повесть А. Болотова «не зовет к правде, красоте, к вдохновенному труду». Для этого надо, конечно, выдать белое за чёрное.