– У меня и в мыслях не было оспаривать твои права. Неужели я заслужила подобное к себе отношение?
– Я не знал, как ты поступишь, узнав о завещании Брэдли, – устало произнес Ричард.
– А как вообще он сумел все это провернуть за твоей спиной? – удивилась Тина.
– Как я уже тебе говорил, мама добилась моего ручательства в том, что Брэдли останется в Касл-Андерс до своей смерти. Она была очень доброй женщиной, а Брэдли имел на нее безграничное влияние. Какое-то время он был доволен, но потом, когда маме стало значительно хуже, он стал настаивать на больших правах. Брэдли утверждал, что поскольку он долгие годы являлся фактическим хозяином и управляющим имения, трудился не покладая рук и преумножал достояние семейства Андерс в то время, как прямой наследник, то есть я, даже носа сюда не казал, он имеет право претендовать на Касл-Андерс хотя бы на то короткое время, которое ему предстоит жить вдовцом. Он, по всей видимости, так давил на жалость, что мать поддалась его уговорам и завещала ему замок, взамен получив его завещание, по которому Брэдли передавал Касл-Андерс мне, как единственному наследнику, поскольку об его внебрачной дочери никто не знал. Но еще до смерти матери он написал новое завещание в твою пользу. Мама была так слаба, что не могла ничего предпринять. Переживания же, связанные с утратой Касл-Андерс, и чувство вины повлекли скорую смерть. Разумеется, второе завещание Брэдли Сандерсона можно и нужно оспорить в суде, но на это уйдут многие годы и куча денег, а я слишком долго вопреки собственному желанию прожил вне родных стен.
– А где его первое завещание?
– В том-то и загвоздка. Мама утверждала, будто оно хранится в ее бумагах, но мы так и не смогли его обнаружить.
– За свое наследство можешь не волноваться, Ричард, и в суде тебе ничего оспаривать не придется.
– Потому что, сколько бы ни длились судебные разбирательства, приоритетное право наследования все же на моей стороне.
– Вовсе не поэтому, а из-за того, что я просто не могу быть дочерью Брэдли Сандерсона. Мои родители поженились задолго до моего рождения. Этот факт, конечно, не оспаривает возможности отцовства Брэдли, но лично я этого допустить не могу. Я хорошо помню маму и абсолютно уверена, она никогда не поступилась бы клятвой верности ради мимолетной интрижки. Она и мой папа любили друг друга, другие мужчины ее не интересовали.
– Опиши ее внешность.
– Невысокая брюнетка, красивая, большие серые глаза. А как выглядел Брэдли?
– Низкорослый, коренастый, волосы неопределенного цвета – когда мы познакомились, он был почти полностью сед, но утверждал, что в молодости был жгучим брюнетом. Глаза карие…