Конечно, конечно, это не из-за Малкольма.
— Девушка, ты заворожена, — сказал Малкольм. — Тебе нравится мой дом?
Она оторвала взгляд от коз и овец в нижнем дворе, облизнув губы. Ее сердце неровно билось.
— Я была здесь раньше — два года назад. Почему, Малкольм? Как ты думаешь, почему я сейчас здесь, в твоем времени, не в моем?
— Я знаю, ты не о том, что я перенес тебя в прошлое.
Он пришпорил свою лошадь, и Клэр последовала за ним. Несколько человек вышли из здания во дворе. Один из них, высокий, седовласый шотландец поспешил к ним.
Малкольм спешился перед главным входом в замок, запертая дверь, обшитая деревянными панелями и оббитая гвоздями, вела в другую башню. Он отдал поводья лошади одному из мужчин.
— Я задаюсь теми же вопросами, девушка. Пути Древних неисповедимы и неизвестны.
Имел ли он в виду, что тоже считает это судьбой?
— А что насчет Сибиллы? Ты думаешь, она попытается найти меня здесь?
Ей сложно было забыть тот факт, что эта женщина рыскала по Нагорью, явно враждебно настроенная против нее.
Его лицо помрачнело.
— Она будет дурой, если так поступит. Мы сейчас готовы встретиться с ней и ее семейством.
Он еще раз улыбнулся ей, готовый помочь спешиться.
Прежде чем Клэр успела спросить, как и что они приготовили для нее, и что такое «ее семейство», прозвучал пронзительный крик. Клэр повернулась и увидела, как маленький мальчик бросился в объятия Малкольма. Она мгновенно поняла, что это был его сын, и внутри все сжалось с отвратительной силой.
Малкольм обнял маленького, темноволосого мальчика. Затем они быстро заговорили по-французски.
— Ты слушался Симуса, парень?
— Да, отец. А еще я поймал зайца. — Он горделиво улыбнулся. — Сегодня будет прекрасный ужин.
Малкольм погладил мальчика по голове, одобрительно улыбаясь.
Вперед вышел седовласый мужчина.
— Там прекрасная ловушка у стены, с дюжиной крючков.
Малкольм улыбнулся и сжал его плечо:
— Симус, Броган, я бы хотел познакомить вас с нашей гостьей, леди Камден. Она с юга, — добавил он. Он подмигнул, когда встретился взглядом с Клэр.
Клэр не смогла улыбнуться. Малкольм был женат.
Она почувствовала слабость и неспособность пошевелиться. Она продолжала сидеть на лошади. Конечно, он был женат. Брак был важным средством в постоянно меняющемся балансе сил среди знатных дворян и короля. Наверно, он женился из-за политической, территориальной или денежной выгоды.
Но он не сказал ни слова. Ни одного чертова слова.
А она была идиоткой, потому что могла бы и сама догадаться.
Она пыталась сказать себе, что все к лучшему, но была подавлена. И все же, раз ее влекло к этому мужчине, это был удачный поворот событий. Его брак станет преградой между ними, которую нельзя сломать.