— Под мостом, — промурлыкал виконт, пододвигаясь поближе. Больше всего Уолтеру хотелось с размаху съездить по этой смазливой физиономии, но к рукам словно гири привязали. Заметив его порыв, Виктор потрепал пленника по щеке и продолжил сочувственно, — А куда ей было податься без рекомендаций? Представляете, вы ведь могли смотреть на одну и ту же луну… Только ваша мать смотрела на нее из-под моста. Что скажите? Ничего? Как, право, скучно с вами, — Виктор зевнул и томно махнул рукой, — на колени, мистер Стивенс. Вы сегодня наказаны.
Как подрубленный, Уолтер упал на колени. Тогда Виктор повернулся к Эвике и выражение его лица изменилось. От прежней скуки не осталось и следа. Властным жестом он подозвал девушку и она, бережно уложив свою протеже на оттоманку, встала перед ним.
— Твой обман раскрыт, но я тебя не виню и никому не позволю.
Изабель, которой предназначались последние слова, закусила губу так, что по подбородку скатились две алые капли.
— Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, — продолжал Виктор.
— Да откуда тебе знать? — горько усмехнулась Эвике.
— Какая разница? Главное, что я на твоей стороне. Я позволю тебе уйти.
Девушка вскинулась — неужели правда?
— Только мне? — догадалась она.
— Только ты и заслужила. Остальные участники этой аферы будут примерно наказаны. Но ты сможешь уйти… или остаться — это уже по желанию. Каким бы ни был твой выбор, ты не пожалеешь. Я приготовил еще один подарок к нашей, увы, несостоявшейся свадьбе.
— Какой?
— А ты не догадываешься?
— Куда ж мне, простолюдинке?
— Бессмертие, Эвике. Ты станешь одной из нас.
— И только-то? — девушка вдруг громко, со всхлипами расхохоталась и согнулась от смеха, хватаясь за бока чтобы хоть чуточку ослабить тугой корсет. — Я уж думала, ты мне сережки подаришь! Ни воображения у тебя нету, ничего! А подарок свой можешь вернуть в ту сувенирную лавку, где ты его купил со скидкой! Мне он не нравится! Он некрасивый и плохо упакован!
— Хочешь воды? — ласково предложил вампир, протягивая ей бокал, в котором еще плавало красное облачко.
— Нет, спасибо!
— Ты говоришь в состоянии аффекта и не отдаешь себе отчет. Подумай, разве тебе хочется умирать? Став вампиром, ты получишь все. Ну, чего бы тебе хотелось? Денег? Ты ведь за триста тысяч продалась Штайнбергам — дешево же ты ценишь свою жизнь. Деньги у тебя будут, и с годами их станет все больше и больше. Что еще? Положение в обществе? Ты сможешь уничтожить любого, кто бросит на тебя косой взгляд. Со временем в твоих жилах даже заструится голубая кровь… если будешь охотиться в салонах, а не в подворотнях. Но все это второстепенно, так? Я уже понял, Эвике. Позволь мне дать тебе то, что ты хочешь на самом деле. Все детство ты простояла у приютских ворот и ждала — по лицу вижу, что угадал. Я распахну ворота, ты вольешься в нашу семью…