– Теперь Говоров утверждает, что убивал он? – Мне все-таки хотелось выяснить этот вопрос.
– Теперь, – капитан сделал ударение на этом слове, – Говоров утверждает, что убивал Анзор.
«А пистолет всплывает в квартире свекра, – добавила про себя я. – И не исключено, что какое-то время лежал в банке с сахаром у Тимофея. Надо бы перекинуться парой слов со вторым бывшим. Вот только как с ним связаться? Хоть бы позвонил, что ли? Обещал же, гад».
Внезапно в салоне машины заиграл марш Мендельсона. Анатолий Леонидович дернулся, словно его кипятком ошпарили, и уставился на мою трубку, валявшуюся над «бардачком», словно на гремучую змею, потом перевел ошалелый взгляд на меня.
Я нажала на нужную клавишу. Звонила Тамарка, чтобы узнать, как я, как дела и как вообще ситуация.
– Ты можешь перезвонить мне домой? – спросила я. – Или продиктуй мне свой номер.
Тамарка сразу же поняла, что я не одна, быстро сказала, что у них все в порядке, обустроились в апартаментах, назвала каких – мне тоже там доводилось останавливаться, и добавила, что сейчас ей просто скучно.
– Ты мне только скажи: Игорь не прорезался?
– Пока нет.
– И никакой информации?
– О нем? Никакой. Слышала только, что в субботу в большой компании парился в бане. – Я искоса посмотрела на капитана, превратившегося в одно большое ухо, хотя и делавшего вид, что его интересуют исключительно машины в соседнем справа ряду. – Тамарка, вечером обязательно позвони. Попозже. Андрюхе привет.
На этом мы распрощались, и я тут же сообщила капитану, кто звонил и откуда. Не видела смысла это скрывать. А готовность сотрудничать с правоохранительными органами показать следовало. В особенности если передача данной информации мне ничего не стоила и никак, с моей точки зрения, не могла навредить ни Тамарке, ни ее Андрею. А органы, не исключено, и мне какую-то помощь окажут. Правда, пока я не собиралась посвящать их вечно голодного представителя капитана Туляка в происходящие вокруг меня события. Для начала надо самой разобраться с тем, что тут заваривается. Вернее, уже заварилось. Речь-то идет о моей шкуре и моем добром имени, а, значит, лучше меня никто не подсуетится. Да и я привыкла рассчитывать только на себя. Но использовать капитана следует. По мере возможности.
Но похоже, что ни моя подруга, ни ее хахаль, засевшие на Кипре, Анатолия Леонидовича совершенно не интересовали. Правда, он меня предупредил, что, если Игорь ко мне нагрянет (я тут же поправила его: не если, а когда. Туляк лишь усмехнулся, исправился и продолжил речь), я могу связаться с капитаном в любое время, он оставит мне все свои телефоны (и тут же добавил домашний к уже имевшимся со вчерашнего дня). В случае чего, Анатолий Леонидович приедет с подмогой. Органы надеются на добровольную помощь гражданки (то есть меня) и в ответ готовы оказать помощь мне.