— Понимаю, как тебе трудно, — сказал Сёгун. — У Ширли Темпл это так и не получилось. И у Сандры Ди не получилось. Кое-кто считает, что это не смогла сделать и великая Джоди Фостер. Это самое сложное, что есть в нашем деле. Одна только Джуди Гарланд могла делать это чисто и безукоризненно.
— Я так стараюсь.
Проблема заключалась в следующем: Сакура в «Озорных школьницах», выпуски номер 3, 9, 17 и 26 (номер 26 имел колоссальный успех!), всегда исполняла роль жертвы. Она шла к успеху долгим путем, через эпизодические появления в кадре, в конце концов нашла себя в роли школьницы, ставшей жертвой изнасилования, и храбро шагнула к мотивам гейш, довольно успешно снявшись в сериале «Космические рейнджеры-красотки». Своей ролью в этом сериале, облаченная в нейлоновое футуристическое одеяние с отверстиями, из которых периодически показывались ее наливающиеся груди, она завоевала сердца миллионов. Но теперь ее грудь стала слишком большой и красивой, чтобы можно было и дальше сниматься в коротеньких юбочках, с волосами, забранными в детский хвостик. Ей нужно стать взрослой женщиной, или с ней все будет кончено.
Шел третий день съемок «Учительницы под черной сакурой», и пока что получалось неважно.
— Возможно, дорогая, ты слишком стараешься, — ласково произнес Сёгун.
— Мне не хватает «точек».
Это было все равно что работать без страховочной лонжи. Во всех предыдущих фильмах Сакуру «покрывали точками»: при монтаже интимные части ее тела и тел ее партнеров-мужчин прикрывались созданной с помощью компьютера мозаикой. Разумеется, это был чисто психологический момент, потому что в студии все видели все. Однако сознание того, что в определенный момент на самые сокровенные места будет наложено целомудренное пятно точек, помогало Сакуре раскрепоститься до того неистовства, которое приводило в восторг режиссеров и миллионы поклонников.
Но на определенном этапе актерской карьеры ей нужно было пойти дальше, за точки, и вступить в мир стопроцентной наготы. Разумеется, формально подобная продукция в Японии была запрещена специальным распоряжением Комиссии по этическим нормам художественного кинематографа, но, поскольку эта Комиссия была полностью подконтрольна Всеяпонскому видеообществу (ВЯВО) и поскольку Сёгун занимал пост президента ВЯВО, то есть, по сути дела, был его диктатором, он мог продавать такие фильмы, ни о чем не беспокоясь. В данном вопросе он был и преступником, и полицейским в одном лице. Работа замечательная, если только ее получить. Сёгун ее получил.
— Дорогая, ты знаешь, что суть цидзо — откровенность. Ты должна перейти в цидзо, оставить точки позади и поделиться прелестями своей женской красоты со всей Японией.