Если Марат решил покончить с фирмой-конкурентом, то вполне обоснованно убрать обоих ее владельцев… Да, но как же он убрал со сцены Сабаталина? Соня, скорее всего, говорит правду, цыгане ему с Сабаталиным не помогали, и наводить порчу на Чечулина она отказалась… А, если Карабанов вывел из строя директора «Флоры» с помощью инженера Контрибутова? С его гипотетическим прибором?.. Такая версия хоть как-то позволяет объяснить имеющиеся на данный момент странные факты и не менее странные события…»
Майор Мимикьянов похвалил себя за то, что дал барону себя уговорить на ужин в таборе.
В это время к барону подошел высокий молодой цыган, нагнулся к уху хозяина и начал что-то тихо говорить.
Штирбу потемнел лицом.
20. Мой дом – моя крепость
– Как это – взяли и вошли? – сверкнул белками глаз цыганский барон. – А Янко где был?
Цыган снова что-то зашептал, разогнулся и виновато развел руками.
Василий Романович, не мигая, посмотрел на него, покачал головой и сказал:
– Скажи Мише, пусть своих ребят возьмет… Чтоб, как положено…
Высокий цыган кивнул и исчез в занавешенном шторой проеме, выходящем на антресоли прямо за Ефимовым стулом.
А внизу по дну ангара медленно шли четверо спиридоновцев. Хунхуз – на шаг впереди.
Майор Мимикьянов вместе со стулом тихо отодвинулся от стола и почти полностью утопил себя в нише, находящейся за его спиной.
Штирбу поднялся, встал у перил галереи и посмотрел вниз.
Дойдя до того места на полу ангара, над которым стоял барон, спиридоновцы остановились.
– Здравствуй, Василий Романович! – сказал Хунхуз, задрав голову.
– Вечер добрый! – смотрел сверху вниз барон.
– Привет тебе от Спиридона, Василий Романович! – повысил голос Хунхуз.
– За привет спасибо! И ему доброе слово передай. – сдержанно отозвался цыган.
Хунхуз помолчал. Разговаривать, задрав голову вверх было не слишком правильно для авторитета такого уровня, каким был Хунхуз. Но Василий Романович посланников Спиридона наверх не пригласил.
Хунхуз на секунду прикрыл глаза-шильца тяжелыми верхними веками, покатал желваки под кожей, но высказывать обиду не стал.
– Дело у нас к тебе, Василий Романович! – дружеским тоном произнес он.
– Ну, говори, свое дело! Смогу – помогу. – холодно отозвался Штирбу.
– Сможете, Василий Романович! Дело-то простое! – обрадованным голосом произнес Хунхуз. – Твои люди одного нашего кореша на машине сюда завезли. А он нам сильно нужен. Скажи своим ребятам, чтоб нам его отдали, вот и все дело… А Спиридон тебе за это спасибо скажет!
– А что за кореш такой? Фартовый что ли? – в голосе Василия Романовича проклюнулся интерес.