В спешке боли сразу не почувствовал. По кювету, по воде, пригибаясь, выскочил из зоны обстрела. Кое-как добрался до железнодорожного переезда, полк уже прошел, через переезд двигался штаб дивизии. Игорь нос к носу столкнулся с командиром дивизии полковником Черепановым, которому быстро доложил обстановку на дороге. Туда срочно направили на подмогу дивизионных разведчиков. Легковушку захватили, в ней оказались не немцы, а полицаи в форме.
Валенок был мокрый от воды, набух кровью, видно, были перебиты крупные сосуды. Медсестра комдива, разрезав валенок, перевязала ногу, наложила жгут. Черепанов тут же распорядился — доставить в госпиталь. Только что на станции Сущево приземлился связной самолет, к нему и отправили раненого.
В самолетике ПО-2 для двух раненых нашлись места в контейнерах под крыльями. На всякий случай замотали Игорю ногу ватником, задвинули крышки — и в воздух; первый в жизни полет! Минут через двадцать, когда Игорь уже прилично подмерз, — посадка. В деревне Губаны базировался авиаполк Василия Сталина, там же был госпиталь для легкораненых, здесь же располагался горсовет Великих Лук, настолько был разбит город.
В госпитале легкораненые радовались, что живы и пока целы, тем более когда за ними ухаживают, моют, укладывают в постель, веселые санитарочки отбивались от молодых парней, особенно в бане, когда их мыли — окатывали шайками холодной воды, — гомон, хохот, шуточки. И еще хорошо, что наши наступают, а не торчат в обороне.
В госпитале наконец можно было отпустить взвинченные за последние дни нервы: провокация немцев с третьим батальоном, затем охота за Игорем трибунальцев, взятие Холма, рейд к партизанам, несколько стычек на дорогах, ранение. Главное — он жив и оторвался от трибунальцев насовсем.
Рана зажила достаточно быстро, и в конце марта Игоря уже выписали. При выписке дали новое обмундирование — от сапог до шапки. Направление Игорь получил, но не в полк, куда очень просился, а на Отдельные курсы усовершенствования офицерского состава разведки, в Вышний Волочок. Начинался новый этап фронтовой жизни.
В Вышний Волочок Бескин добирался с попутчиком, командиром взвода разведчиков Федором Ивановым, имевшим направление, как он сказал, на те же курсы. Федор уговорил Игоря добираться через Торопец, где у него есть знакомая. Знакомую нашли, заночевали. После ужина Игорю постелили в проходной комнате на полу. Утром что-то долго было тихо. Игорь решил вставать. Вошла хозяйка и сказала, что Федор пошел отмечаться в комендатуру.
Полушубок, валенки Федора на месте, а нового обмундирования Игоря — нет, ни шинели, ни кителя, ни сапог. А главное — и денежного аттестата, карточки кандидата в члены ВКП(б). Хорошо, что спать лег в брюках — в кармане остались удостоверение личности, вещевой и продовольственный аттестаты, направление на курсы. В комендатуре, как и следовало ожидать, ни о каком Иванове слыхом не слыхивали, но обещали сообщить, как объявится. Сутки прошли впустую. Надо было пробираться к месту назначения в Вышний Волочек.