– Он уверен, что раздражал тебя, хотя я, зная о твоих отношениях с отцом, понимаю тебя. – Элис сочувственно вздохнула. – И не осуждаю за то, что тебя нервируют мужчины с властным характером.
Кимберли смутилась – оказывается, Элис в курсе секретов ее семьи.
– Об отце и его женщинах? – Кимберли постаралась говорить небрежно.
На лице Элис появилась осуждающая гримаса.
– В то ужасное лето в Калифорнии моя мачеха вела себя вызывающе. Она флиртовала с твоим отцом, чтобы досадить моему папаше, и это не способствовало созданию дружеской атмосферы. Мне было обидно за твою маму.
– У нее была нежная душа, и она была несчастна с отцом. – Кимберли ухватилась за возможность выразить наконец свою боль за мать. Она никогда не забудет, как однажды отец сказал маме, что он имеет право гулять на стороне, имея такую непривлекательную жену. – Он мог быть очень жестоким.
– Он таким образом держал тебя и твою маму в кулаке, – сказала Элис. – Но мужчина может быть сильным, не унижая и не оскорбляя женщин.
– Я знаю.
Кимберли сказала это, чтобы закрыть болезненную для нее тему. Артур тоже сильный, но это не остановило его – он унизил ее и нанес глубокую душевную рану.
– Уверена? – Элис с тревогой посмотрела на подругу. – Или пугающая тень твоего отца легла на твои отношения с тем парнем, о котором ты не хочешь говорить?
– Я просто… поссорилась с Артуром… ничего особенного, – небрежно бросила Кимберли, которой чрезмерная гордость не позволяла сказать правду Элис, защищенной любовью своего мужа.
Но Элис хотела знать больше.
– Ты хотя бы дала ему возможность извиниться перед тобой?
Кимберли ради собственного спокойствия решила солгать.
– Вообще-то… мы уже снова разговариваем. Он позвонил мне вчера вечером…
– О, замечательно! – Элис порывисто обняла подругу. – Мы с Дереком с радостью познакомились бы с ним.
В этот момент малышка Кейт потянулась к Кимберли, просясь на руки. Кимберли мысленно была благодарна девочке за то, что та избавила ее от неприятного разговора. Она посмотрела в доверчивые глаза Кейт, на ее солнечную улыбку и подумала, что, если бы у нее было такое детство, она бы выросла с более здоровым чувством собственного достоинства.
– Пойдем поиграем в машинки, Бобби, – сказала Кимберли, – а Кейт будет смотреть.
У детей была няня, но сегодня она взяла выходной день, поэтому Элис устала быстрее обычного. Кимберли сказала подруге, что той непременно надо отдохнуть, и, не обращая внимания на протесты, увела детей в дом.
За ужином Кимберли поблагодарила Дерека и Элис за сердечное гостеприимство и сообщила, что утром собирается отправиться в Сан-Франциско, чтобы поискать там работу. Дерек предложил ей свою помощь, но Кимберли предпочитала не смешивать дружбу с одолжениями.