— Молодец! — одобрил молчавший до сих пор дядя Пава.
— Вот и все, — закончил Остап Григорьевич. — Возражений нет?
— Принято единогласно, — шутливо сказал Михаил и все засмеялись — не шутке его, а внутреннему настроению души.
— Помни, товарищ начальник яхт-клуба, чтобы Шутько сюда ни ногой, так коллектив решил, — притворно строго обратился Остап Григорьевич к дяде Паве, а сам с хитринкой косился на Приклонского.
— Помню, помню! Разве ж я против коллектива могу, — в тон ответил дядя Пава.
Приклонский слышал этот короткий разговор, но не подал вида. Поднялся и ушел, не попрощавшись ни с кем. Он считал себя правым. Слишком много лет видел Илларион Миронович вокруг такое отношение к спорту, какого придерживался сам. Оно вошло в плоть и кровь Приклонского и не мог он сразу, после первого столкновения с коллективом, немедленно изменить взгляды. А может, никогда и не изменит? До гробовой доски обожать будет чемпионов, презирая «шушеру»? Морально калечить хороших ребят и девчат, кружа им головы неумеренными похвалами, разлагая щедрыми подачками и поблажками?
Ответить на эти вопросы трудно. Однако все меняется в жизни нашей, уходят в прошлое и «меценаты».
С Сенькой Шутько труднее. Хитер он, оборотист, знает выгоду свою и умеет блюсти ее. Отсидев пятнадцать суток, как ни в чем не бывало явился в яхт-клуб.
Дядя Пава тоже умел хитрить, когда хотел. Увидев Сеньку, спросил с невинным видом:
— Ты чего здесь?
— Как чего? На работу явился, числюсь, так сказать, тут, а без меня, в отсутствие мое, уволить меня не могли, правов таких нету.
Дядя Пава улыбнулся.
— Путаешь что-то, дорогой. Одна в яхт-клубе штатная единица, да и та мною занята, вакансий не имеем.
— Это как же понимать?
— Очень просто, числишься ты, если не ошибаюсь, по малярному цеху, туда и ступай. Пожелаешь после работы спортом заняться, милости прошу к нам, содействие всякое окажу.
Не говоря ни слова, Сенька повернулся на каблуках, сплюнул и удалился. В тот же день видели его в кабинете Приклонского, беседа состоялась без свидетелей, о чем — никто не знает. Только больше в заводской яхт-клуб Шутько — ни ногой.
Сенька не огорчается. Стал начальником крупной водной станции, будет участвовать в очередной черноморской регате, намерен добиться призового места.
Возможно, что и добьется.