Решительно врезав кулаком по земле, Никита резко встал, вызвав удивленный взгляд сержанта.
– Дим, иди-ка ты спать, да и я пойду. Завтра в бой, нужно поднабраться сил.
– Есть идти спать, товарищ капитан.
Десятью минутами позже, в засыпающем мозгу гвардейца светилась лишь одна мысль, строчка из еще одной популярной песни: "А значит, нам нужна одна Победа, одна на всех – мы за ценой не постоим".
28 августа 1946 года.
Австрия, неподалеку от итальянской границы.
Майор Васильев с абсолютно спокойным видом наблюдал за бегущими на него в атаку фигурками в форме американской армии. Среди них постоянно кто-то падал и больше не поднимался – все-таки оставшийся в армии Охлопков свой талант не растерял, а СВД била получше СВТ. Но, несмотря на потери, янки отважно шли вперед, перебегая от одного укрытия к другому.
Передовая линия обороны батальона молчала – работали только снайперы. Учитывая, что разок даже этого хватило, чтобы атака прекратилась – американцы отошли и вызвали артиллерийскую поддержку – Васильев пока придерживал свой главный козырь в запасе.
Танков на этому участке у американцев почти не было, а те немногие, что все же имелись были не фонтан – "Шерманы", причем даже не последних модификаций. И главный козырь майора – тяжелые БМП "Лаврентий Берия 3" с пятидесятисемимиллиметровой автоматической пушкой – вполне мог бы с ним справиться. Но Леонид был уверен, что время для выкладывания джокера на стол еще не пришло.
Легкий ветерок, гулявший по небольшой ложбинке, где и происходило основное действие, донес до ноздрей комбата вонь от горящего уже почти полчаса танка – РПГ, названная неизвестным шутником "Мухой", была для американского "барбекю" сюрпризом из разряда неприятных.
– Дельгин! – Васильев повернулся к радисту.
– Да, товарищ майор?
– Вызывай артиллеристов. Пусть устроят империалистам огненный душ.
– Так точно!
Короткими раскатами прогрохотал автоматический гранатомет, пройдя цепочкой разрывов в порядках наступающей пехоты. Та совершенно логично залегла.
Несколько раз рявкнули минометы, отправляя восьмидесятидвухмиллиметровые подарки в сторону противника.
Порыкивая моторами, на сцене вновь появились "Шерманы", плюющиеся огнем с коротких остановок.
"Эх, счас бы сюда ребят Лавриненко", – мечтательно подумал Васильев. "Или нет…лучше бы даже самого полковника".
– Товарищ майор, – мысль была прервана появившимся рядом радистом.
Леонид изобразил на лице вопрос.
– Артиллерия сейчас ударит. А еще вас сам комдив вызывает, – сержант, словно извиняясь, протянул трубку комбату.
– Пятый на связи.