Перед тем как противник начал новую атаку, у нас оказалось четыре дня передышки. 21 января, еще до рассвета, артиллерия союзников начала обстреливать наши позиции. После этого целая дивизия американских пехотинцев попыталась пересечь реку в том же месте, что и их предшественники. Это было не самым разумным решением с их стороны. К этому моменту для обороны нашего участка была стянута дополнительная артиллерия, пулеметы и минометы. На вражеских солдат, пытавшихся переправиться, обрушился огонь из всех видов вооружения, которое было в нашем гарнизоне. Мы, снайперы, уничтожали бойцов противника меткими выстрелами с дальней дистанции. В результате пересечь реку удалось лишь небольшой части американской дивизии. Однако это им ничего не дало. Еще до полудня мы частично уничтожили, а частично захватили в плен всех, кто уцелел при переправе.
На следующий день, 22 января 1944 года, войска союзников с моря высадились на побережье в Анцио, позади «Линии Густава». Это серьезно осложняло нашу ситуацию, но мы уже были достаточно закалены боями, чтобы это могло сломить наш боевой дух. Нам предстояли новые тяжелые бои.
22 или 23 января нас привели в состояние повышенной боевой готовности в связи с высадкой союзников на побережье в Анцио, то есть в 80 километрах от наших позиций. К этому времени до нас также начали доходить слухи, что советские войска успешно продвигаются к Польше. Мы ощущали себя зажатыми между двух огней и с тревогой думали о будущем.
Вскоре после этого нам, парашютистам, сообщили, что мы должны покинуть «Линию Густава» и вновь соединиться с основными силами нашей 4-й парашютной дивизии, которая в этот момент дислоцировалась в Кассино и как раз получала пополнения и проходила переформирование.
Мы приехали туда на грузовиках. К нашему прибытию город уже осаждали войска союзников. По нему вела огонь артиллерия, и кругом взрывались снаряды. Один из них прямо на моих глазах поразил церковный купол.
4-я парашютная дивизия благополучно пережидала артобстрел в многочисленных траншеях в северной части города. Вскоре мы достигли бункера, в котором располагался дивизионный штаб. Наши бойцы тут же переместились в окопы. А я вместе с командиром роты отправился на доклад к руководству дивизии.
Там я узнал, что основная часть бойцов нашей роты будет распределена по другим частям дивизии, поскольку в них очень много новобранцев, которых крайне необходимо разбавить опытными бойцами. Я попытался отстоять хотя бы свой сильно поредевший взвод, убеждая полковника из штаба, насколько может быть эффективным в боевых действиях целый взвод снайперов, собранных вместе.