— Нет, я прилечу, если тебе так хочется, — сказала она. — Могу хоть сейчас. Мне больно, но я перетерплю.
— Нет уж, ты оставайся, — ответил он и вышел. Спустившись вниз, он позвонил Адольфо.
— Друг, ты можешь приехать срочно? — спросил он, когда Крил отозвался в трубке. — Через час я уезжаю, и мне нужна твоя помощь.
— Буду у тебя через десять минут, — сказал Крил.
И он приехал. Торопливо шел по дорожке к дому, вытирая платком вспотевшее лицо.
— Адольфо, ты мне не поможешь? — спросил Кэйд, проводив его в гостиную. — Мне больше не к кому обратиться, я никому не могу доверить это.
— Все что угодно, amigo, — сказал Крил. — Но что ты там насчет Хуаны говорил? Я же тебя предостерегал..
— Да-да. Лучше не будем обсуждать, — проговорил Кэйд. — У тебя нет каких-либо важных дел на предстоящие три дня?
— У меня редко бывают важные дела. — Крил пожал плечами.
— Тогда прошу тебя, поживи здесь это время. Я хочу, чтобы ты оставался при Хуане, а когда она поправится, посади ее на самолет и отправь в Нью-Йорк. В общем, прошу тебя быть ее тюремщиком.
Крил от удивления широко раскрыл глаза.
— Тюремщиком? Что-то я не понимаю…
— Видишь ли, мы с ней собирались вдвоем лететь в Нью-Йорк сегодня, — сказал Кэйд. — Вчера вечером она пожаловалась на то, что ей плохо, что она больна, короче говоря. Действительно, выглядит больной, но не исключено, что притворяется. Я ей не верю, Адольфо. Возможно, это просто предлог, чтобы опять удрать от меня.
— Все равно не понимаю, — с недоумением сказал Крил. — Почему не отпустить ее на все четыре стороны, если она хочет удрать? Какая польза от такой женщины?
— Не могу я тебе этого объяснить. Верю даже, что она любит меня, но сейчас решает вопрос, чему отдать предпочтение — мне или деньгам. Похоже, что чаша перевешивает в пользу денег. А без нее моя жизнь будет пуста. Если мне удастся увезти ее в Нью-Йорк, мне кажется, я одержу победу. Вот тебе и вся правда. Я должен удержать ее.
Крил покачал головой.
— Ты уверен, что так нужно?
— Да, уверен. Ты мой друг. Никому я так не доверяю, как тебе. Сделаешь это для меня?
— Конечно. Я тебя не подведу, amigo. Она полетит в Нью-Йорк, это я тебе обещаю.
Позднее Кэйд поднялся наверх и сообщил Хуане о своем решении.
— Адольфо останется здесь, — сказал он. — Когда почувствуешь себя нормально, он тебя посадит на самолет. Я не хочу, чтобы ты была одна в Мехико.
Она лежала на спине, и волны черных волос обрамляли ее тело. Взгляд был отсутствующим.
— Ты мне не доверяешь?
— Нет, — ответил Кэйд. — Но я люблю тебя и хочу, чтобы ты осталась со мной. А эта мера даст мне уверенность в том, что ты будешь со мной.