— Да. И что?
— На противоположной стороне улицы стоит человек и наблюдает за нами. В самом начале переулка.
Селлитто обернулся.
— Видишь его?
Это был худощавый мужчина в солнечных очках, несмотря на сумерки, в шапке, джинсах и кожаной куртке.
— Выглядит очень знакомо.
— Попросите его подойти к нам. Мне бы хотелось задать ему несколько вопросов.
Селлитто рассмеялся:
— Кэтрин Дэнс явно произвела на тебя неизгладимое впечатление, Линк. А я всегда думал, что ты не доверяешь свидетелям.
— О, думаю, в данном случае можно будет сделать исключение.
Пожав плечами, детектив спросил:
— Кто он такой?
— Я, конечно, могу ошибаться, — ответил Райм тоном человека, считающего, что он никогда не ошибается, — но у меня есть ощущение, что перед нами Часовщик собственной персоной.
18.41
Джеральд Дункан сидел на обочине рядом с Амелией и Селлитто. На нем были наручники, с него сняли шапку, солнечные очки, отобрали несколько пар бежевых перчаток, бумажник и окровавленную открывалку.
В отличие от Денниса Бейкера он был очень вежлив и общителен, несмотря на то что двое крепких парней и Амелия Сакс повалили его на землю, обыскали и надели наручники, а Амелия не отличалась особой нежностью по отношению к задержанным, а тем более к преступникам подобного сорта.
В водительских правах, выданных в штате Миссури, стояло имя Джеральда Дункана и адрес в Сент-Луисе.
— О Господи! — воскликнул Селлитто. — Как тебе удалось его заметить?
В проницательности Райма на самом деле не было ничего чудесного. Еще до того, как он увидел человека, стоящего в конце переулка, у Райма появилась уверенность, что Часовщик скорее всего где-то поблизости.
— Я до него дозвонился, — сообщил Пуласки. — До медэксперта.
Райм наклонил голову к телефону, который парень приставил ему к уху, и начал короткую беседу с врачом. Медэксперт сообщил криминалисту кое-что действительно весьма интересное. Райм поблагодарил его и закончил разговор. Затем, ловко маневрируя инвалидным креслом, подъехал к Дункану.
— Вы Линкольн Райм, — произнес арестованный так, словно считал для себя большой честью встречу с известным криминалистом.
— Верно. А вы тот, кого называют Часовщиком.
Дункан ответил многозначительным смехом.
Райм окинул его взглядом с ног до головы. Он казался усталым, однако производил впечатление человека удовлетворенного и даже умиротворенного.
С редко появлявшейся на его устах улыбкой Райм спросил арестованного:
— Итак. Кто же он был на самом деле? Тот убитый в переулке? Мы, конечно, сможем поискать архивные документы на Теодора Адамса, но, думаю, только зря потратим время, не так ли?