Фрида пристально смотрела на меня, стараясь проникнуть в душу, и я позволила ей это сделать. Она поверила и немного успокоилась. Мы могли продолжить.
— Спасибо, мисс, что Вы откровенны со мной, теперь я знаю, что Вы не преследуете корыстных целей, мне достаточно было посмотреть Вам в глаза, чтобы это понять. Но, есть еще одно обстоятельство, которое сильно беспокоит меня. Понимаете ли Вы, мисс, через что предстоит пройти моему сыну после того, как он разорвет помолвку? А он решительно настроен это сделать. Вы совсем не знаете семью Мортон, нет предела подлости, на которую способна Катарина, обладающая огромными связями среди именитых семей Англии и приближенных ко двору Ее Величества. Хотя сэр Фитцджеральд сам является членом Палаты Лордов и славится своей безупречной репутацией, он так же наделен огромным количеством связей не только среди дворянства, но и в деловых кругах Лондона, тем не менее, ему предстоит пройти через чистилище, чтобы сохранить свое доброе имя, имя, которым всегда гордилась семья Коллинз. Я предупреждала Вас, чем грозит внезапный разрыв помолвки, тем более с дочерью леди Кетрин.
Выдержите ли Вы эти испытания вместе с ним, мисс?
(Невероятно…, ее волнует сущий пустяк?)
— Дорогая Фрида, я любила бы Вашего приемного сына, даже если бы весь белый свет отвернулся от него, что мне деловые круги Лондона или соседние дворянские семьи. Боюсь, Вы совсем не знаете меня или сравниваете с предшественницей? Да пусть даже (не дай Бог) он останется без гроша в кармане, я окружу его заботой и теплом!
Я почти плакала, меня душила обида, что Фрида продолжала подозревать меня в корысти и непостоянстве.
Знала бы она, через какие тяготы пришлось пройти мне и моим сверстникам в свое время, но миссис Альварес невероятно далека от того мира, из которого я ушла, из страны, где за один зимний день не только произошла смена государственного строя, но и всей идеологии… повлекшая страшные потрясения, голод, страх, бесконечные очереди, безумные карточки, разгул произвола и криминала, которые мы, растерянные, подобно слепым котятам, были вынуждены стойко пережить, и пережили, не смотря ни на что, потому что нам никто не указал другого пути…. но это уже другая история…
Вспоминая сейчас все слова, что я говорила кормилице сэра Фитцджеральда, все мои страстные обещания быть с ее сыном вместе и вечно заботиться о нем, с невыносимой болью осознаю, как были наивны и смешны мои человеческие намерения, они ничего не значили в беспристрастной системе мироздания, все мои помыслы и желания были абсолютным нулем в помыслах Создателя.