Почти беззубая улыбка Бинера заставила Дэвида содрогнуться и непроизвольно потрогать языком собственные зубы.
— Конгрессмен Поттер, как вы считаете — САССТ окончательно добьет экономику или поможет ей? — спросил Бинер, зная, что недавно подписанное Североамериканское, соглашение о свободной торговле было главным предметом споров на Капитолийском холме, как, впрочем, и в любой кофейне страны.
— Э… я… э… — Дэвид потрясенно заморгал, услышав столь неожиданный вопрос.
— Я читаю газеты в постели, — добавил Бинер и захихикал, довольный своей шуткой, ведь часто случалось так, что газеты служили ему и матрасом, и покрывалом.
Дюпре улыбнулся, мгновенно уловив намек. Дэвид, напротив, оставался в растерянности. Он не относился к тем политикам, которые могут свободно общаться с кем-либо, кто не носит одежды от Брук Бразерс. Но, взглянув повнимательнее на пальто на нищем, он охнул. Это было его пальто!
Аманда посмотрела на Дюпре и заметила, что тот улыбается, очевидно, забавляясь ситуацией. Потом детектив бросил взгляд на потрясенное лицо Дэвида и улыбнулся самому себе. На его взгляд, друг у Аманды был лучше, чем муж.
— Аманда, нам пора идти, — сказал Дэвид, используя свои отработанные навыки общения с недовольными избирателями: игнорировать их.
Она вздохнула.
— Дэви, было так приятно снова с вами встретиться.
Он кивнул и заковылял дальше, но ее тихий голос остановил его:
— Дэви?
Он обернулся.
— Вам ничего не нужно?
Джефферсона Дюпре стала мучить совесть. Эта женщина, которой впору самой задать такой вопрос, думала о ком-то другом. И он чуть глубже увяз в своей любви, отчаянной, безнадежной.
— Нет, мэм, кажется, не нужно, — ответил Бинер, поразмыслив, и побрел прочь.
Дэвид схватил Аманду за руку и сжал так, что ее нежные пальцы почти исчезли в его кулаке.
— Что это ты вздумала заводить беседы с…
Она высвободилась и бросила на него холодный предостерегающий взгляд, потирая занемевшую ладонь.
— Дэвид, мне кажется, что мы должны детективу Дюпре деньги.
Дюпре удивился. Он не догадывался, что она знала о его щедротах по отношению к Бинеру.
— Нет, мэм, вы ничего не должны, — отрезал он.
Дэвид почувствовал, что земля уходит у него из-под ног. Где-то в промежутке между этим местом и приемной залой он заблудился. Все происходящее не имело ни малейшего смысла.
— Ради Бога, почему я должен давать деньги этому парню? — спросил он ее, не желая напрямую спрашивать Дюпре.
— Потому что именно тот старик, от которого ты так непринужденно отделался, нашел сережку твоей мамы с двукаратным бриллиантом. Он отдал ее детективу Дюпре, а тот, в свою очередь, дал ему денежное вознаграждение. Я иду попрощаться с хозяевами. Уверена, что ты найдешь способ все уладить.