— И что это значит? Ляпуська.
Сума сойти.
— Придет время, узнаешь. Ты говорил о «каравае»? Я знаю, что это. И тебе не будет стыдно перед паПА.
Да, да, да, да, да. Каравай. Было такое. А ведь ситуация меняется с каждой минутой. Это что же получается? Если раньше мы, то есть я один, имел в наличии дохлый кокон, невыполнимое задание и перспективу быть изгнанным из родового дома, то сейчас! Сейчас в наличии совершенно, без акцента, разговаривающая на русском инопланетная чужестранка, которая по устному договору является моей невестой. В наличии, также, пока, правда, не совсем ясная, перспектива выполнения первого задания паПА. Что в итоге? Нехорошие вещи в итоге.
— Ляпуська, — начал я, боясь не испугать куколку словом неосторожным, — А как насчет наших с тобой отношений? Помнишь, о чем я говорил. Ну, о человеческих нормах, правилах приличия.
Куколка помнила.
— Я постараюсь не слишком тяготить тебя.
— Этого мало.
— Я не намерена претендовать на тебя, пока ты сам этого не пожелаешь.
Хрен дождешься.
— И никакой свадьбы, даже если мы выполним все пожелания паПА…
— Нет, конечно, — куколка дернула краешками губ, по которым стала стекать липкая слизь, — Никакой свадьбы не будет. Я ж не дура, за такого страшненького и уродливого выходить.
Вот! Вот в чем суть всех самок. Будь-то человеческая женщина, или внеземная особь. О них заботишься, им носы подтираешь. И сю-сю-сю с ними, и пути-пути с ними, а они… Да пошли они все по млечному пути до самых до окраин!
— Я шучу, — куколка глупо хихикнула.
И в этом тоже они все. Как можно шутить над самым святым, что есть у человека, а потом признаваться в этом с глупой рожей.
— Шутишь? В первой или второй части?
Куколка странно так свернула глаза набок, потом закатила из наверх и только после этого ответила.
— Мы, действительно разные.
Я облегченно вздохнул.
— Но ты должен обещать мне одну вещь.
Я вздохнул уже не так облегченно.
— Я не выйду за тебя, но половина того, что ты получишь в наследство — мое. А так же и половина того, что я наплакала. И тогда я помогу тебе. Хорошее предложение, Костюнчик.
— Не называй меня так, — я думаю, — Лучше что-нибудь более нейтральное, — половина состояния. Губа не дура! — Костя, это подойдет, — Большие деньги хочет. И камушки.
— Согласен.
Куколка заворочалась, изогнулась и из-под кокона показалась маленькая уродливая ручка. Вся в соплях, извините, в слизи. И в пупырях. Неприятная ручка.
— По рукам?
Надо Кузьмичу сказать, что б камушки побыстрее сплавил. Потом ищи свищи.
— По рукам.
Я со всего размаху вдарил по ладошке куколки. Моя ладонь мгновенно оказалась стиснута с неимоверной силой, раздавлена и перемолота.