Версию о пиратстве я отбросил сразу. Пропавший состав кинутся искать почти сразу. Метро при всей своей разветвленности станет для промышляющих пиратством ловушкой. Нет, похоже, мы имеем дело с психом, а сумасшедшие всегда отличались богатой фантазией. Надо быть наготове.
Я привел АКС в боевое состояние и медленно двинулся к платформе. Семеныч остался рядом с дрезиной, не в силах отойти от убитого товарища.
Тело еще одного парня я обнаружил неподалеку. Бедолаге размозжило голову. Зрелище было не из приятных даже для меня, и я, отгоняя подступившую дурноту, поспешил дальше.
Поиски ни к чему не привели. Обшарил все кругом: перевернул барахло, разбросанное по туннелю, заглянул под платформу, даже вскрыл от отчаяния несколько больших ящиков, но девушки нигде не было. Лило исчезла. Я вдруг ощутил себя виноватым. Нельзя было оставлять ее без присмотра. Пусть оружием она владеет не хуже меня, а дерется, пожалуй, даже лучше, я все равно не имел права упускать девушку из виду. Мой прокол.
Я вернулся к перевернутой дрезине и застал Семеныча в той же скорбной позе.
– Перестань убиваться. Что случилось, то случилось, назад не вернешь, – попытался я утешить его. – За всех не нагорюешься.
– Отвали. Ты не знаешь, – прохрипел он в ответ, и от его голоса меня мурашки пробрали.
По интонации я скорее ощутил, чем понял, кем доводился ему погибший. А потом догадка превратилась в уверенность. Раньше у меня просто не было времени присмотреться, а сейчас хватило одного пристального взгляда, чтобы сообразить: они очень похожи – Семеныч и тот парень, что лежал сейчас придавленный куском искореженного металла.
– Прости, Семеныч. Я же не знал, – скорбно произнес я.
– Уходи, – попросил он.
– А ты? – удивился я. – Здесь останешься? Тебе, наверное, помощь нужна. Похоронить надо парня.
– Уходи, – повторил он. – Сам справлюсь.
– Хорошо, Семеныч. Прощай. Извини, если что.
Ничего не оставалось делать, как продолжить путь в одиночестве. Скоро Семеныч и его сын остались у меня за спиной. Я побрел по шпалам, стараясь не оборачиваться. Надо было искать пропавшую девушку. С ней определенно что-то произошло, и это что-то вряд ли относилось к разряду хорошего.
Главное, что я абсолютно не представлял, куда двигаться дальше. Осталось положиться на интуицию. Пока вроде бы она не подводила, иначе не стоял бы я сейчас здесь, а догнивал где-нибудь на поверхности.
Интуиция подсказывала, что возвращаться и звать на помощь бессмысленно, поэтому я перебрался через баррикаду и, держа автомат наготове, двинулся вперед, надеясь, что не заплутаю в бесчисленных ответвлениях. Почему-то верилось, что наши с Лило пути не разминутся.