Она видела его насквозь, годы проведённые рядом сделали её зрячей. Он действительно не предполагал и даже недоумевал, что пригнало "фронтовую необходимость" к нему.
С дачей так и есть и смех и грех. Знают же, что всё уйдёт в пшик, а создали аж комиссию. Мол, сигнал, обязаны проверить. Какой к лешему сигнал, от кого, если не от "серьёзного ведомства"… И что там проверять, перевезли бревёнчатый дом из бывших штабных построек Северной группы войск. Разве то "серьёзное ведомство" не в курсе?! Значит, цель- потрепать нервы. И вот теперь новым пунктиком: такой напор от барышни. И, скорее всего, ею только пользуются выставив раздражителем. Так сказать оружие в профессиональных руках. Жаль, что он раньше не подумал о том, как соответственные службы здорово умеют подгонять и рассчитывать. А ведь Юлия предупреждала, а он ещё спорил…
Он поднял брови, с нетерпением ожидая, что же скажет она. Она съёжилась, у неё едва не отнялся язык. А ум метался в поисках решения. Отвернув лицо, чтоб спрятать растерянность и не показаться ему слабой, она заставила себя быть сильной.
— Успокойся, — стараясь ровно сказала она, хотя внутри всё замирало от страха за него. — Давай покумекаем на пару, чем её визит может тебе грозить.
— Думай, я уже не могу…
Он откинулся на спинку и закрыл лицо от стыда руками.
Она щадя его отвернулась. Но хоть и коря себя злопыхнула: "Ах, ах, всё-таки охота состоялась и весьма успешно она отстрелялась. Теперь понятен откуда такой силы взрыв". Немного опомнившись Юлия обернулась и спокойно взглянула на него стонущего и ахающего. "Надо же, куда враз вся уверенность делась, стал мягок как воск. Сейчас, дорогой, ты так разозлишься, что ой-ой!" Сделала вздох и стараясь хладнокровно сказала:
— Думаю… думаю, твою фамилию для дочери. Было же ясно, чем всё кончится.
Он не поверил своим ушам. Потребовал повторить. Боялся что услышал совсем не то. Понял не так. Юлия разделяя слова повторила. Отчего бы и нет. Запросто.
— Ни за что на свете! — категорически отрезал он подскочив, как ужаленный.
Он был ужасен. Юлия уже усомнилась в правильности своей линии: "О, как! Лучше б мне помолчать и подготовить постепенно", — промелькнуло в её голове. Взгляд его холодных голубых как лёд глаз, жёсткий и злобный, пригвоздил её к месту. Юлия напряглась, всё в ней сжалось: "Что за дела, как будто это я в подоле принесла, а он великодушно простил и смирился. Хвост себе, миленький, не хочется кусать?" Сообразив, что напугал жену он отвернулся. Упершись лицом в шкаф и руками тоже, он почти рычал.
Юлия наблюдала: "Надо же как пробрало и умирать враз перестал". Опомнилась. Отошла. Сказала тихо, но резко: