— Я ощущаю силу начертанных знаков.
— Ну еще бы, это очень старинные и могущественные знаки, — согласилась я, — к тому же ты нисколько не противился их нанесению, скорее уж принимал с такой охотой, — тот князь снова немного порозовел и бросил на меня кокетливый, очень мужской взгляд, — что они быстро пришли в рабочее состояние готовности.
— Благодарю, магева, — Аглаэль взял мою руку в свои и поцеловал вовсе не там, где принято было в старые времена у нашенских дворян, а в центр ладони. — Но я все еще не знаю, как наградить тебя за помощь.
— Утро вечера мудренее, — ответила я, — что-нибудь непременно сообразится до нашего отъезда.
— Разве вы не отправитесь в Патер с нами? — удивился и огорчился князь, неохотно выпуская мою ладонь.
— Нет, для создания слухов и мифов очень важно, чтобы первоисточник был как можно дальше от эпицентра их распространения, — авторитетно пояснила я, словно что ни день выдумывала какую-нибудь легенду.
— Быть по сему, — склонил голову эльф, живописно колыхнув волосами, и мне тут же захотелось остаться с этим очаровательным мужчиной и изведать все, что он предлагал мне глазами, пожатием руки, теплом изящного тела. Но минута искушения быстро миновала. Для полного счастья мне еще с князем-эльфом спутаться не хватало, нет, не буду я завязывать такие узелки на память. Кто знает, смогу ли потом развязать, а не запутаться, как мошка в паутине?
Распрощавшись с Аглаэлем, я побрела по укладывающемуся на ночлег лагерю эльфов к шатру, где приютили на эту ночь нас с Лаксом. Хорошо, что один из охранников князя составил мне компанию, в звездности подступающей тьмы я плутала бы долго, будоража спящих и наступая на тех, кто не успел вовремя выпростаться из-под моих ног.
Лакс, между прочим, еще и не думал ложиться. Рыжий вор сидел в шатре, у его ног тускло поблескивали серебряные монетки, рядом валялся опустевший кошель. Пальцы парня пропускали тонкие звенящие струйки, пересыпая их из горсти в горсть. Нет, Лакс не считал деньги, он скорее использовал их как четки, думая о чем-то своем. Фаля я, войдя в шатер, не увидела вовсе, либо где-то жадно лопал обещанные груды пастилы, либо дрых без задних ног, зарывшись в подушку или одеяло. Я уже успела убедиться, что по части искусства витья удобных нор на ночь сильф не знает себе равных.
— Привет, или скорее, доброй ночи, приятель! — шепотом поздоровалась я. — Ты чего до сих пор не спишь? Стережешь покой Фаля или боишься очередного покушения?
— Привет! — Лакс кивнул мне, потом сноровисто пересыпал деньги в кошель и, завязав его, заметил: