— Знаем, видели, — мрачно сказал я.
— Так вы по-чеченски понимаете? — удивился агент.
— Нет, но у твоего визави была такая оживленная жестикуляция, что трудно было не понять, зачем он предлагал нас оставить у себя. Они что тут, все педики?
— Почему педики?! — оскорбился Мустафа за своих земляков.
— Ни у меня, ни у кого не возникает мысли изнасиловать мужчину, а этих так и тянет.
— Э, это всего лишь шутка, да и женщин здесь нет, вот так и шутят.
— Все равно шутки педерастические у твоих земляков. Надеюсь, ты не такой?
— Нет, — он был серьезен. — Куда едем?
— Через три километра сверните налево, — ответил сзади Андрей, сверяясь с картой и рассматривая окрестности через окно автомобиля.
Дорога была разбита, вся в рытвинах и ухабах. От асфальта остались жалкие заплатки по краям того, что некогда называлось дорогой. Мустафа уверенно рулил по этому полигону, было видно, что не первый раз он едет здесь. Скорость для такого покрытия была высокая — около тридцати километров. Нас подбрасывало на кочках, мотало из стороны в сторону, но наш водитель не обращал на это ни малейшего внимания. Включил магнитофон, оттуда понеслась чеченская музыка, для меня она была как красная тряпка для быка. Не нравится мне творчество чеченских поэтов и музыкантов, ну не нравится.
— Мустафа, выключи, — попросил я сквозь зубы.
— Не нравится? — ехидно спросил он.
— Не нравится, — подтвердил я. — Наслушался в свое время аж до рвоты.
— А у меня больше ничего нет.
— Значит, поедем молча, без музыки, следи за дорогой.
— А что за ней следить, я тут могу с закрытыми глазами ездить!
Через некоторое время Андрей подал голос:
— А теперь налево, вон за теми соснами будет грунтовая дорога и по ней около пяти километров.
— Не поеду! — затормозил машину Мустафа.
— Почему? — в голосе моем звучало раздражение, мне еще фокусов агента не хватало для полного счастья.
— Вы меня убьете!
— Мустафа, ты хоть старый, и тертый жизнью, а дурак! — я рассмеялся и откинулся на спинку сиденья. — На кой ляд нам тебя убивать? Ты верой и правдой служил органам, и еще послужишь, ты сам организовал безопасный переход, и получишь за это деньги! А ну-ка, не шути! — я заметил, как Мустафа полез сзади за ремень.
Андрей отреагировал мгновенно, он блокировал голову Мустафы нажав на глаза, и потом, продолжая удерживать голову в таком положении, второй рукой ударил агента по солнечному сплетению, дыхание перебил. «Сопка» начал медленно сползать по сиденью.
Я тут же сунул руку сзади за ремень нашего водителя. По карманам прощупал. Документы, деньги. Не то, ага, а вот еще один, во внутреннем кармане.