— В самом деле начнешь?
— Почему бы и нет? — Нэрн лукаво улыбнулся старому другу.
Когда Ривен пришел, Тэсс села на постели. Ей почти удалось взять себя в руки. У нее все еще оставался крошечный лучик надежды, и она ругала себя за то, что хватается за него, как утопающий за соломинку. Она будет надеяться, пока не услышит последнее «прощай» Ривена и не увидит, как он уходит.
Она молча наблюдала, как Ривен умывается. Он был явно не в духе. Почему, интересно? Не для того она гнала прочь тоску, стараясь не испортить вечер, чтобы сейчас Ривен сделал это вместо нее. Он сел на край кровати и стал разуваться. Тэсс тихонько погладила его по руке. Бросив на нее взгляд, Ривен продолжал раздеваться.
— У тебя неприятности? — спросила она.
— Нет. Просто я поссорился с Нэрном. — Он попытался улыбнуться, стаскивая куртку и расстегивая рубашку. — Я был не прав, и у меня испортилось настроение. Не обращай внимания, это скоро пройдет.
Он чего-то недоговаривает, подумала Тэсс, но допытываться не стала. Захочет — сам расскажет. Не это ее сейчас волновало. Он лег и заключил Тэсс в объятия. Ее намерение не выказывать своих чувств мигом исчезло. Она прижалась к нему так крепко, словно хотела удержать навеки. Теперь, когда она точно знает, что он оставит ее у родственников, каждый миг близости был ей особенно дорог. Притворяться равнодушной выше ее сил.
— Тэсс? — Он, видимо, почувствовал ее отчаяние. — В Донбрае ты будешь в полной безопасности. Поле битвы не место даже для такой сильной девушки, как ты.
— Да. Я понимаю.
Она произнесла эти слова таким тоном, что Ривен всерьез засомневался, понимает ли она, насколько важно ему знать, что она в безопасности.
— Я потерял счет сражениям, в которых участвовал, Поверь, это нелегкое дело. И огромный риск.
Тэсс отлично понимала, что он собирается оставить ее у родственников вовсе не из-за безопасности. Хотя и беспокоится о ней. Она знала, что они расстаются навсегда. Зачем же морочить ей голову вместо того, чтобы сказать правду, которую она так боялась услышать.
— Ривен, я представляю себе, что такое сражение, ты поступаешь правильно, и у меня нет никаких возражений.
— Но я чувствую, что ты разочарована.
— Да, разочарована.
Вряд ли можно было назвать страдание Тэсс разочарованием. Тусклое пламя свечи не позволило ему разглядеть выражение ее лица, но он знал, какую она испытывает боль. Но ведь он сразу предупредил Тэсс, что не сможет на ней жениться. И все же он — причина ее страданий. Он потерял над собой контроль и теперь не знал, как исправить положение. Судьба жестоко обошлась не только с Тэсс, но и с ним. Он получил в дар женщину, с которой хотел бы соединить жизнь, но не может на ней жениться.