Как снег на голову... Действительно, зима всегда нагрянет неожиданно. Всю неделю напролет шли теплые дожди, дули юго-западные ветры с Каспия, а вчера люто похолодало, густо повалил снежок. К утру морозец подремонтировал дороги, намертво перехватил ледяными перемычками степные речки.
Братчиков встал рано, обошел строительную площадку и потом уже направился в палаточный городок, где еще оставалось несколько бригад из демобилизованных. Неспокойно было у него на сердце: плохо, что не удалось до наступления зимы переселить последние бригады в капитальные дома.
— Доброе утро, Алексей Викторович! — встретил его у входа в свою палатку Федор Герасимов в шинели нараспашку.
— Не очень доброе. Замерзли, наверное?
— Что вы! Да у нас как в бане!
— Честное слово? А ну-ка,-посмотрим...
В палатке топилась чугунная буржуйка, на столбике мерцала электрическая лампочка. Все уже одевались, туго, сноровисто наматывали портянки, с трудом втискивали ноги в заскорузлые сапоги. Все были до того заняты собой, что и не обратили внимания на вошедшего Братчикова. Борис Арефьев с самым серьезным видом рассматривал сапог, явно нуждающийся в починке. Миша Перевозчиков заправлял постель, тщательно разглаживая складки на одеяле. Роберт Янсон, собираясь умываться, деловито выложил на кровать мыло, зубную щетку, пасту и, увидев свое полотенце, примерзшее к палатке, с треском отодрал его, перекинул через плечо. Кто-то крикнул ему из дальнего угла:
— Роберт, побереги стены нашего дворца!
— Для будущих добровольцев! — добавил Миша.
— Одним словом, не падаете духом? Доброе утро, хлопцы! — сказал Братчиков.
И тогда его заметили, обступили, довольные приходом начальника строительства. Он стоял в кругу неунывающих парней, расспрашивал их о житье-бытье, сам отвечал на их шутливые вопросы и в который раз убеждался в том, что молодежь — душа любой стройки.
— На следующей неделе обязательно переселим вас в теплое местечко. Первый же готовый дом — ваш.
— Нет, Алексей Викторович, мы уйдем из палаточного городка самыми последними, — сказал Миша Перевозчиков.
— Мы так решили, — поддержал его Янсон.
— Пусть уж девушки устраиваются потеплее, а кавалеры не пропадут, раз у девушек будет жарко!
Федор сказал серьезно:
— Хватит, пора завтракать.
Вышли из палатки. Кругом, куда ни глянь, вспененный и подсиненный снег. Постояли, подивились необыкновенной чистоте на строительной площадке и зашагали к столовой напрямик. Хорошо прокладывать зимнюю тропу, будто здесь никогда и не ступала нога человека. Федор шел впереди, за ним цепочкой растянулась вся бригада.